Онлайн книга «Почувствуй»
|
Это и ранит, и приводит в чувства. — Я хотела попросить у тебя прощения, — начинаю с главного, глядя в широкую спину Наиля. Он мне совсем не помогает. Продолжает стоять лицом к городу. — Я была очень жестока с тобой, и… Мне не просто стыдно. Я до сих пор не могу простить себя за то, как поступила с тобой. — Зачем ты это мне сейчас говоришь? — голос Наиля всё еще ледяной и отдает резкими металлическими нотками. Теряюсь. Опускаю взгляд, рассматриваю носки своих туфель. — Потому что меня это мучает, — выдыхаю. — Думаешь, меня это хоть сколько-нибудь волнует? — Наиль оборачивается. Поднимаю на него взгляд. Теперь мы глаза в глаза больше, чем на одну секунду. Я задыхаюсь, потому что вижу в его зрачках то, чего предпочла бы никогда не видеть. Там плещется презрение, злость и что-то еще такое, что я не могу разобрать. Боль? Обида? — Не знаю, — честно отвечаю. — Тебя столько времени не волновало, что происходит со мной. Но почему-то решила, что сейчас мне будет не насрать на твое… что? Чувство вины? Стыд? Что, Ива? — Я не знаю! Это всё и сразу. Я понимаю, что одних слов будет мало. Понимаю, что такое сложно простить. Я просто хочу сказать, что никогда сознательно не хотела сделать тебе больно. Я — не подарок. Иногда бываю сукой и стервой, но… Не тварью, которая легко переступает через хороших людей и бодро дальше шагает по жизни. — Но ты это сделала! Ты переступила! — рявкает Наиль. Я вздрагиваю. Его злость обрушивается на меня одной огромной лавиной. Я чудом сохраняю равновесие. — Так, зачем об этом говорить? Облегчить муки совести? Очень рад, что она у тебя всё-таки есть. Но это не ко мне. Грехи я не отпускаю. Индульгенции не выдаю. — Я всё это заслужила. Знаю. Но я не хочу, чтобы из-за меня ты стал другим человеком. Жестоким и жестким. Не хочу, чтобы ты растерял всю свою сердечность и способность любить. Губы Наиля растягиваются в ледяной ухмылке. — Ты слишком много на себя берешь, Ива, раз считаешь, что из-за тебя я могу так сильно измениться. Он бьет меня своими ответами. Ранит этой насмешкой. Я получаю ровно то, что должна была получить еще два года назад, когда раздирала Наиля в клочья. Конечно, теперь он этого не признает. Не позволит мне увидеть его прежнего. — Это… Это хорошо, — шепчу дрожащими губами и чувствую слезы на щеках. Судорожно хватаюсь пальцами за края пиджака. — Хорошо, что не изменился. Это было для меня важно. Наиль не просто смотрит на меня. Он впивается в меня взглядом. Сквозь слезы я всё равно отчётливо вижу, как сильно у него напряжена челюсть. Взгляд становится еще на несколько тонн тяжелей. — Блядь, — цедит Наиль и резко отворачивается обратно к ночному городу и начинает бить ладонью по железной перегородке. Я замолкаю. Даже не всхлипываю. Просто тупо смотрю, как он снова и снова наносит один удар за другим. — Ты мне нахуй всю душу раскурочила и выбросила подыхать! И стоило мне только собрать себя по кускам, как ты снова появляешься. — Прости. Я больше тебя не потревожу. Обещаю. Снимаю с себя пиджак. Плечи кусает холодный воздух. Я вся дрожу, но мне хватает сил подойти к Наилю, чтобы отдать ему его вещь. Стараюсь не прикасаться к нему, не смотреть, чтобы не было больно. Нам обоим. Поправляю чертову цепочку на плече и разворачиваюсь, чтобы уйти. |