Онлайн книга «Деревенская фифа для подлого кавказца. Соседи по сексу»
|
Не разрывая поцелуя, он одним мощным движением перевернул меня на спину, укладывая на мягкое, пружинящее сено, и навис сверху всей своей тяжёлой, мускулистой громадой. — Моя сладость… Какая же ты мягкая, какая сочная, с ума сойти, — шептал он, покрывая поцелуями мою шею, ключицы и спускаясь ниже. Одним рывком он стянул вниз лиф моего трикотажного платья, освобождая обе мои тяжёлые, налитые груди с затвердевшими розовыми сосками. Давид замер на мгновение, пожирая их глазами, а затем припал губами к правой груди, захватывая сосок горячим ртом, лаская его языком и слегка прикусывая, в то время как его свободная рука сжимала и массировала левую грудь. Я выгнулась в спине дугой, вцепившись пальцами в его мокрые кудри и запрокинув голову в сено. Каждое движение его языка отзывалось электрическим разрядом прямо между моих ног, где уже давно было горячо и влажно. — Давид… — простонала я, когда его шершавая ладонь скользнула по моему животу вниз, под задранный подол платья, и накрыла мой пылающий, лишённый всякого белья лобок. — Так ты и сейчас без трусиков, бесстыжая моя фифа? — хрипло рассмеялся он мне прямо в кожу груди, а его длинные, сильные пальцы скользнули меж моих влажных складок, безошибочно находя набухший клитор. — Боже, да ты вся течёшь… Специально меня с ума сводишь? Он провёл большим пальцем по моему клитору с таким идеальным нажимом, а два других пальца плавно, но глубоко ввёл внутрь меня, что я вскрикнула, заглушаемая новым раскатом грома за стеной. Он двигал пальцами внутри меня, сгибая их и попадая точно по самой чувствительной точке, одновременно целуя мой живот и грудь, доводя меня до полного исступления за считанные минуты. — Ещё секунду — и я сама с тебя эти штаны сорву! — выдохнула я, дрожащими руками расстёгивая ремень на его мокрых брюках. Давид не заставил себя просить. В два движения он избавился от брюк и боксеров, а заодно стащил с себя прилипшую к телу рубашку. Когда я увидела его во всей красе с мощным волосатым торсом, узкими бёдрами и гордо вздымающимся, крупным, бархатисто-смуглым членом с широкой головкой, — у меня перехватило дух. — Ну чего замерла? — усмехнулся он, хотя дышал тяжело, и провёл ладонью по влажным складкам между моих ног, размазывая мою влагу. — Тебя, если хочешь знать, тут уже давно ждут. Смотри, как рука блестит. Он обхватил мой затылок, наклонил мою голову к своему паху и, не выпуская, толкнул член в мои губы. Я обхватила его у основания и повела губами по стволу сначала медленно, дразня, потом глубже, вбирая головку и всасывая её с влажным звуком, скользя языком по набухшей от крови коже. Давид откинул голову, из его горла вырвался густой, почти звериный стон, а пальцы в моих волосах сжались крепче, задавая ритм. Его бёдра дрогнули, подались — и я почувствовала, как головка упирается мне в горло. Я замычала, и от этой вибрации он выругался сквозь зубы и медленно вышел, блестящий от моей слюны. — Всё, хватит, — хрипло прорычал он — Иначе я кончу тебе в рот, а мне надо тебя всего целиком. — Сейчас мы подпишем мирный договор, соседка, — сказал он уже глуше, раздвигая мои пышные бёдра шире и устраиваясь между ними. — По всем правилам добрососедства. Он приставил горячую головку к моему влажному входу и, глядя мне прямо в глаза, мощным, плавным толчком вошёл в меня на всю длину. |