Книга Ультрамарин. Нарисованная реальность, страница 92 – Екатерина Гордеева

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»

📃 Cтраница 92

— Где же «Попутный ветер», Люс? Не могу разглядеть.

Люс не знал, что ей ответить. Он молча взирал на бухту, на то, как плещутся волны, как выписывают вензеля чайки, как за облаками солнце окрашивает небо в медно-рыжий цвет. В груди как будто что-то оборвалось.

— Его здесь нет, – глухим, не своим голосом выдавил Люс.

Элида сжала в руках платочек и глупо улыбнулась.

— Как это нет? Что за шутки, Люс?

— Мам, прости меня, пожалуйста, – выдохнул он.

В глазах Элиды Люс увидел такую же неизбывную тоску, как в тот день, когда они холодным зимним днем прощались с Алаином навсегда. Взгляд ее остекленел, замер.

— Зачем, Люс? Зачем ты это сделал? – прошептала она.

Сын молчал. Он не мог ничего сказать в свое оправдание, потому что и сам не понимал, что произошло.

Элида повернулась, ссутулилась и, склонив голову, медленно направилась обратно, не обращая внимания на колкие замечания рыбаков и матросов.

Люс глядел ей вслед с болью в сердце. Может быть, потом, когда он расскажет матери обо всем, она поймет и простит. Люс обернулся и вновь посмотрел на просторную гавань.

«Попутный ветер» исчез, будто его и не было.

Глава XVI. История Элиды

Люс открыл глаза и увидел небо. Но перед ним светили не яркие южные звезды Хегоальдеко и не блеклые – северного Падоко. Это был потолок в его комнате, из которого он когда-то создал настоящую звездную высь, такую же глубокую и бесконечную, какая бывает в ясную погоду. В темноте россыпь сверкающих точек излучала мягкий свет и, казалось, иногда даже мерцала.

В голове одно за другим всплывали воспоминания вчерашнего дня. И сердце вновь тоскливо сжималось: что там, с отцом? А мама: простила ли сына за выходку?

Люс неохотно сел в кровати, опустив ноги на холодный дощатый пол, и оглядел родную комнату. Сквозь узкие занавешенные окна сочился серый утренний свет. Возле окна и в углу стояли два самодельных мольберта, вдоль стен – подрамники и чистые холсты, тут и там – закрытые и открытые баночки с красками, коробки с кистями, карандашами, мелками. На полу валялись незавершенные акварели, а на стенах висели готовые картины, на которых было изображено не только море, но и другие пейзажи, а также портреты и натюрморты.

«Как будто вечность прошла, когда я был здесь последний раз, – пронеслось в голове юноши. – А оказывается, всего-то день». Люс горько усмехнулся.

Затем он дотянулся до кожаного футляра, который покоился на столе, взял его, щелкнул замочком и откинул крышку. Внутри лежали баночки с надписью «Ультрамарин». Вчера вечером Люс вернулся на Дикие Берега, на тот самый утес, где рисовал когда-то, и обнаружил свои принадлежности – этюдник, краски – на прежнем месте.

«Что же мне с ними делать? Куда отправиться? К отцу на корабль, чтобы спасти его и всех остальных? Но отдавать краски Харру совсем не хочется. Может, есть другой выход? Вернуться в Хегоальдеко, к Гайену или Сурату, и спросить, что делать дальше? У-у-у, проклятие!» – Люс захлопнул крышку и швырнул футляр обратно на стол.

В дверь постучали, и в комнату вошла Элида. Ее густые волосы были завязаны на затылке в тугой узел, отчего черты лица еще больше заострились и вытянулись. Элида выглядела уставшей, а темно-серое шерстяное платье старило ее.

Люс взглянул на мать и почувствовал себя виноватым.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь