Книга Ультрамарин. Нарисованная реальность, страница 11 – Екатерина Гордеева

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»

📃 Cтраница 11

До шести лет Люс, как и все мальчишки его возраста, у которых отцы или братья были моряками, тоже мечтал о море, кораблях, дальних путешествиях. Но после того как Алаин пропал без вести, эти мечты сошли на нет. И пока многие его одноклассники после уроков неслись в гавань, чтобы побегать по палубам кораблей, полазить по вантам и понемногу учиться нелегкому морскому ремеслу, Люс возвращался домой, к бумаге и краскам. Живопись помогала ему отвлечься от дурных мыслей, поразмышлять над проблемами. Любую свободную минуту Люс уделял своему увлечению.

Одноклассники вечно подшучивали над ним, над субтильным нескладным телосложением, ведь многие из них в свои тринадцать-четырнадцать лет были жилистыми, высокими парнями с проступающими мускулами (давали о себе знать тренировки на вантах). Они откровенно смеялись над его любовью к рисованию и даже дали обидное прозвище «маляр». Поэтому Люс частенько, защищая свою честь, приходил домой с синяком под глазом или с разбитым носом.

«Возможно, если бы тогда отец вернулся домой, моя жизнь сложилась иначе?» – подумал юноша и вслух неуверенно произнес:

— Наверное, еще не поздно вновь начать обучение морскому делу?

— Вовсе нет! – глаза Алаина радостно засияли, он убрал фляжку в буфет и сел напротив сына. – Сегодня же и приступим. Ночью у меня вахта. Постоишь со мной у руля. А там, глядишь, что-нибудь и вспомнишь, – улыбнувшись, подмигнул он.

* * *

Чуть позже Люс вышел из каюты, взяв с собой карандаш и бумагу. Солнце почти скрылось, оставив на воде розоватые пряди. На темно-синем бездонном небосводе одна за другой загорались звезды. Корабль шел ровно, плавно качаясь и хлопая парусами, а языки волн лизали борта.

Люс сел на палубу, опершись спиной о фальш-борт. Положив на колени листы бумаги, он принялся рисовать. Мысли по-прежнему, словно стая испуганных птиц, суматошно крутились в голове, и карандаш тоже летал по бумаге. Люс хмурился: композиция не складывалась. Первый, и второй, и третий рисунки были скомканы и брошены рядом. Постепенно мысли-птицы, галдящие на разный лад, опускались и успокаивались, движения кисти становились более четкими, а штрихи – ясными. Бумага охотно вбирала в себя черный грифель, и на белой поверхности проступали черты женского лица: волнистые волосы, собранные сзади и заколотые гребнем, слегка раскосые глаза, тонкие губы, чуть впалые щеки – Люс не заметил, как нарисовал портрет мамы.

— Она всегда была красивая, – услышал юноша голос отца.

Алаин, облокотившись о фальшборт, склонился над сыном. При этих словах Люс вздрогнул, но не столько от неожиданности, сколько от слова «была». В его голове Элида оставалась живой, такой, какой он запомнил ее. Только когда это было? Сегодня утром? Вчера? Юноше казалось, что прошла вечность с тех пор, как он небрежно бросил матери «До вечера!» и убежал в школу.

— Будто живая, – выдохнул Алаин, и глаза его посветлели.

Он неотрывно глядел на портрет жены. Нахлынули воспоминания счастливой поры. Вот он стоит на палубе, а Элида приветственно машет ему с причала. Ее лицо сияет радостной улыбкой, отчего на душе Алаина становится тепло и легко. Вот они вместе красят ставни их нового дома, шутят, веселятся. А вот Алаин со слезами на глазах подходит к любимой жене, которая только что родила сына, и обнимает дорогих ему людей.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь