Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
— Благодарю вас, гражданин. * * * Кто бы сомневался, что в гардеробной уже ждал Федот. — Мы можем их положить, барыня. — Я не стану вами рисковать. Вас двое, а их сколько? — Три десятка, барыня. Но кое-что у меня есть… — Они меня сейчас не казнят. Отправят в тюрьму. В Консьержери. Но пусть Митчелл проследит. — А потом? — А потом действуем, как договорились, – пожала плечами Варя. На случай тюрьмы у нее тоже было кое-что продумано. Не зря ж они тюремщиков прикармливали. Варя преспокойно переоделась в походную одежду, нацепила сверху платье-обманку, теплый плащ, хозяйственно прибрала кое-какие мелочи в мешочек и вышла к Робеспьеру. — Вы предложите руку даме, гражданин? Робеспьер покривился, но руку предложил. Впрочем, Варя тоже не была в восторге – а нечего тут ногти грызть! Вон как обкусал! Маникюра на тебя нет, неврастеник французский! И педикюра. Чтоб ноги отпедикюрить по самые уши! * * * Когда дом опустел, Митчелл и Федот выждали еще минут сорок. Потом Федот взял командование на себя. — Я тут все соберу и приберусь. А ты двигайся в Консьержери, будем барыню вытаскивать. Митчелл кивнул и умчался. Федот принялся хозяйственно собирать все вещи. Карты, шар, да вообще – все. Оставлять, что ли? Нет. Вместо этого он оставит на столе плату за аренду владельцу. И два слова «Дом свободен». Как это у лягушатников? «La maison est libre»? Во-во, либра она и есть. * * * Консьержери Варю тоже не впечатлила. Темно, грязно, воняет так, что воздух хоть ты ломтями нарезай и продавай на развес. Поди не хуже нюхательных солей будет. Камера оказалась в лучшем духе Робеспьера. Темная, маленькая, грязная, с охапкой соломы на полу и лоханью в углу. Кандалы, правда, не надели. И то радует. Варя преспокойно уселась на солому. — Благодарю вас, гражданин Робеспьер. Прощайте. — До скорой встречи, – пообещал ей революционер и отправился восвояси. Варя сидела и ждала. А тем временем Митчелл уже стучался в знакомую дверь. — Мишель, приветствую! — Митч! Какая радость! — А я не просто так, я с радостью. – Митчелл поднял корзинку, в которой тяжело брякнуло. И пахло от нее весьма завлекательно. Да, и в революционном Париже можно найти всякое вкусное. Только плати. Митчелл не поскупился, ну и как отказать такому хорошему человеку? Ему и не отказали. И выпили, и закусили. А потом и уснули… почти все. Кроме двоих тюремщиков, с которыми Митчелл и принялся шептаться. Потом вышел. Потом опять вернулся. * * * Варя не спала. И Митчелла встретила улыбкой: — Рада тебя видеть, друг. — Рисковала ты все же! Варя развела руками: — Зато это будет эффектно. Если бы она просто так уехала… она все же старалась предупредить людей. Сейчас ей точно поверят. Обязательно. Митчелл помог Варе встать на ноги, отряхнул плащ. Протянул каждому из тюремщиков по тяжелому мешочку. — А это вам, мадам. — Митчелл, ты – чудо. Я говорила, что я тебя обожаю? — Да, но я и еще раз послушаю. Варя осторожно приняла горшочек и кисть. Сокровище, а не мужчина, вот честное слово! Потом в камеру втолкнули сюрприз – и закрыли. А что кто-то вышел из тюрьмы… И что? Это не врач, тут прием круглосуточный. И выдача тоже… если повезет. Две тени растворились в закоулках Парижа. * * * Чего Робеспьер не ожидал, так это визита к нему Франсуа Малле. |