Книга Графиня Справедливая, страница 68 – Галина Гончарова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Графиня Справедливая»

📃 Cтраница 68

Пожалуйста, ну хоть кто-то… прошу тебя, Господь!

И снова молитвы, молитвы, и дети, которые в отчаянии жмутся к матери, они не понимают, что происходит, особенно младший, и боятся. И Мария-Антуанетта не отпускает их от себя.

Плевать на этикет!

Плевать на балы и развлечения, на все! Даже если у нее осталась неделя! День!

Пусть это будет у ее детей! Пусть это будет у нее!

Ферзен не дает о себе знать, но Мария верит любовнику… нет, любимому мужчине! Отцу ее маленького сына.

Ей надо дождаться. Просто немного потерпеть.

Она справится. Ради детей – она справится! И Мария-Антуанетта беззаботно улыбается.

Она мила и очаровательна, она щебечет о танцах и музыке, и даже Робеспьер, один из самых остервенелых революционеров, даже он смотрит на Марию-Антуанетту скорее равнодушно.

С отвращением, но и только. Без ненависти[42].

Мария-Антуанетта ждет. И потихоньку уговаривает супруга. За столько лет она уже знает, что сказать, как сказать, как посмотреть, чтобы Луи, глупый Луи, поддался на ее уговоры. И согласился уехать с ней. Или хотя бы отпустить их с детьми!

Она справится.

Она обязана справиться.

* * *

Вот про кого Варя отлично помнила, так это про Антуана Лавуазье. Нет, не случайно. На уроке химии рассказали. Учительница еще горько смеялась, что закон сохраненья веществ – не сохраняет людей. И упоминала, что Лавуазье имел дело с деньгами, а таких пускают в расход при любой революции[43].

Но здесь и сейчас Антуан Лавуазье (да, именно тот самый) работал откупщиком, а заодно состоял в земельном комитете, управлял пороховым делом, и делал все просто безупречно…

Хотя откупщик…

Кто-нибудь знает, что это за зверушка такая? Нет?

По-простому, это сборщик налогов. Но частный.

Поехал такой человек, собрал налоги с провинции, отдал королю фиксированную сумму… думаете, собрал он столько же, сколько и отдал? Вы правда так думаете?

А зря…

Так что сборщиков налогов во Франции ненавидели. Платили-то часто вдвое-втрое больше, и вот это самое вдвое-втрое почти легально шло в карман откупщику. Кто там еще фыркает в сторону налоговой инспекции?

Так что гильотина была вполне логичным завершением карьеры. А на научные достижения всей этой революционной шантрапе было наплевать! Лавуазье ведь не провозглашал над пробиркой о свободе, равенстве и братстве!

Такая корова была нужна и Варе.

Зачем?

Да незачем, если честно! Да, гениальный ученый, да, жалко. А как насчет голодных детей на улицах Парижа? А как насчет тех, кого растерзали при штурме Бастилии?

Их – не жалко?

Они-то вообще под танк попали! Но Лавуазье может пригодиться России. А вот это уже дело другое. В покинутом Варей двадцать первом веке это называлось хедхантинг.

Что – доброй охоты, Каа?

Как тут с удавами – пока непонятно, но бандерлогов вокруг точно немерено бегает.

* * *

— Вы – мадам Изида Марэ?

Шагнувший через порог мужчина смотрел с любопытством. Варя узнала его сразу же.

Мирабо.

Поди не узнай такое, с искривленной ногой и оспинами! Известная личность.

— А вы гражданин Мирабо? Или все же лучше обращаться по титулу?

Оноре Габриэль Мирабо пожал плечами:

— Я не граф. Я просто свободный гражданин моей прекрасной Франции.

— Ваш отец гордился вами.

— Откуда вы знаете?

Варя пожала плечами:

— Вам рассказать? Но ведь вы пришли сюда не за этим, гражданин Мирабо. Вы желаете чего-то иного… вам рассказать о вашем прошлом? О той, которая покончила с собой, о той, которую вы нашли? О любви, о детях?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь