Онлайн книга «Крепкий Орешечко. Без фильтров. Сезон 1»
|
Она рассмеялась и крепко меня обняла. И тут меня догнало неожиданное открытие. Я выше Васаби почти на голову. А летом был вровень. Вырос! Йо-хо-хо, я Годзилла. Вот-вот окончательно возмужаю! Из двери высунулся Серафим. Васаби отстранилась. — Что такое сусумбер? – спросил Серафим. — Огурец, – сказала Васаби. Серафим жутко удивился. Ничего себе англичане дикари, нормальный огурец сусумбером назвали. Пришлось объяснить ему правила чтения и научить пользоваться транскрипцией. Васаби на кровати хмыкала, читая новости. — Орешечко, ты донатил на русскую выхухоль? — Донатил. — А она продолжает вымирать. – Васаби показала фотку, на которой два испачканных грязью парня стояли с лопатами на берегу реки. Типа, копали, копали – нет выхухоли, кончилась. — Если я один буду на природу донатить, вымрет не только выхухоль, – заметил я. – Серафим, ты любишь благотворительность? — У Симы временные трудности, – ответила за него Васаби. — Бро, у нас много общего, – сказал я. — Вот что, народ. – Васаби решительно села, и глаза у нее загорелись. – Донатить – слишком простой выход из положения. И малоэффективный. Нам надо самим ехать защищать русскую выхухоль. Втроем. Доберемся до реки на рейсовом, надуем лодку, проверим норки. Угу, уже бежим, волосы назад! Трое в лодке, не считая выхухоли. Я быстренько поискал информацию в Википедии и предложил: — Давайте защищать пиренейскую выхухоль. Она живет в Италии и Франции. Заодно посмотрим новые коллекции и прошвырнемся по бутикам. — Сима не хочет швыряться по бутикам, – строго сказала Васаби. – Он против избыточного потребления. — А ты теперь всегда будешь его мысли вслух озвучивать? – поинтересовался я. — Он тебя боится! — Ты меня боишься? – спросил я Серафима. Тот отрицательно помотал головой. — Ладно, я не так выразилась. Стесняется. Робеет. — Ты робеешь? Серафим пожал плечами. Не уверен, что робеет. Так я вывел закон настоящего мужика. Не уверен – не робей! — Васаби, посмотри на него! В нем одного только роста два метра. Наверное, выше всех в классе, а уж что шире, так точно. И ты считаешь, что я его смог запугать? Меня даже тараканы в бабушкиной квартире не боятся. На бутерброд забегают. Ты сама говорила, я мухи не обижу! Я на выхухоль пять кусков слил, а она не оценила и вымерла. По-моему, это несправедливо. — Хорошо! Пожмите друг другу руки, – предложила Васаби. Серафим протянул мне свою ветку. Я аккуратно взял ее и тряхнул. — Довольна? — Очень, – сказала Васаби. – Орешечко, ты настоящий друг! Звук маминого минивэна я услышал издалека. Едут, возвращаются! Мы пошли в гостиную. Отец открыл дверь – лицо сложное. Что-то пошло не так с Щи-Борщом. — Анечка, что у нас творится! Стоило уехать – он гостей привел. Здравствуйте, молодые люди! Вас, девушка, я знаю, а молодой человек новенький. Одноклассники? Или вы из карате? Серафим сделал неоднозначное движение головой, и отец убедился: из карате. Такие экземпляры обитают исключительно в спортивных секциях. Васаби засобиралась. — Нет-нет, оставайтесь! – предложил отец. – Никита у нас такой общительный, а к себе никого не зовет. Запрется в комнате и сидит целый день, нас не пускает. — Телефон забыла! – сказала Васаби, ощупывая карман джинсов. – Можно я быстро сбегаю наверх? Я рассеянно кивнул. Теперь отец будет меня весь вечер троллить. Ему только повод дай. |