Книга Замри. Роман с театром, страница 332 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 332

В тексте Марии Осиповны впрямую не сказано, что ночной разговор проходил на пике репрессий. Трагизм года можно отнести к делам студии. Но «теряли актёров» и «затаённые верования» таят скрытый смысл.

Под хмелёвским крылом Кнебель делала работы, вынудившие скептиков признать её. На «Как вам это понравится» съезжалась вся Москва. В чёрные дни прославить радость бытия – достойно восхищения. Импровизация, изящество стиля, сочетание реального и выдумки – черты, характерные для МХТ.

Однако его создатели, каждый по своим резонам, не жаловали занятий помощницы на стороне. И она не могла пренебречь их мнением. Да и с обожаемым Хмелёвым, ревновавшим к ней студийцев, нелегко.

Он «молча ссорился» со всеми, не разделявшими его мнение, желал пребывать в центре внимания. Один из друзей, посещавших с ним Лувр, спросил: «Коля, кого мы смотрим, тебя или Джоконду?»

Даже внезапная смерть Хмелёва театральна. Она настигла его в гриме Грозного на прогоне пьесы «Трудные годы».

Нет Станиславского, Немировича-Данченко, Хмелёва.

1949 год. Под лозунгом борьбы с «безродными космополитами» травят интеллигенцию, особо – еврейского происхождения. Кнебель не включала этот мотив в сюжет изгнания из МХТ. Делала вид, что его не слышит, испытывая стыд за тех, кто под него плясал.

Она – христианка, но антисемитская кампания направлялась не на носителей веры, а на кровную принадлежность граждан. В Комитете по делам искусств ей сообщили, что новый руководитель театра Кедров желает работать со своими.

Художественный театр – озон, которым она дышала. Теперь, как и повсюду, разреженный воздух. В других местах дальше разговоров о работе дело не шло.

Кто знает, как бы сложилось, не окажись рядом Алексей Попов – совестливый человек, яркая фигура русского театра советской поры. Занятия методикой сблизили их. Взаимная симпатия переросла в дружбу.

Рыцарям театра выпало жить в не рыцарское время. Это заставило их вцепиться друг в друга. Он переживал, что не может помочь Кнебель, оказавшейся без дела. Она – как смягчить удар, нанесённый ему отлучением от Театра Армии.

Алексей Дмитриевич позвал Марию Осиповну на кафедру ГИТИСа, ставшую основным местом приложения сил для тех, кто оказался на обочине. Сносный для них выход из ситуации обернулся удачей. Кафедра под руководством Попова (затем Кнебель) стала школой режиссуры. Подобного нигде и никогда не было.

Они создали нечто вроде исследовательского центра. В нём разрабатывались идеи, не воплощённые в театре, возникла программа воспитания, а не обучения.

Цель – формирование личности. Метод действенного анализа (Кнебель увлекла им Попова) – инструмент: студенты могут воспользоваться, если хотят не «разводить», а сочинять спектакли. Не единственный, но уникальный.

Есть ещё место, которое не представить без Кнебель, – Центральный детский. Случайно очутившись там, она удивилась: «Раньше такого театра не было, меня водили на Метерлинка в Художественный. И вот, видите, выросла…»

В те годы театральный пейзаж – грустное зрелище. Статуарные позы, пышные декорации, бравурная музыка, пафос – имперский стиль. Всё под болтовню о «системе». Вульгарное толкование придало ей вкус догмы. Но дети «оттепели» уже усомнились в истинности того, что им упорно вдалбливали.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь