Книга Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы, страница 61 – Михаил Ямпольский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»

📃 Cтраница 61

Я полагаю, что эта неопределенность отражает не просто осторожность ученого, но нечто гораздо более существенное – полиморфизм частей тела (модулей) в такого типа изображениях. Характерно, что, как пишет Андерсон, насекомые изображались с точно такой же формой головы, что и грифон, так что эти минойские печати позволяли осуществлять переходы от льва к насекомому, и грифон тут выполнял роль посредника. Эти причудливые переходы стимулировались и единообразием масштаба изображений на печатях или украшениях. Лев тут такого же размера, как пчела. И это неразличение масштабов создавало дополнительные возможности для смешения видов. Андерсон пишет о сети «рассеянных связей» (dispersed links) между разными видами[285] и, что еще более важно, о генеративной силе объектов-тел:

Они не просто отражали идеи о том или ином существе, о его свойствах, связях и контекстах; они в действительности производили тело для этих свойств и, делая это, сами участвовали в творении этих связей и контекстов[286].

Поскольку многие животные были знакомы людям того или иного региона только по изображениям и предметам, последние входили в конструирование мира дикой природы.

Но эта почва для бесконечных переходов и связей имела разные последствия. С одной стороны, она обогащала культуру и обеспечивала постоянную мутацию форм, которая не позволяла им затвердеть в режиме бесконечной повторяемости одного и того же. Но с другой стороны, постоянные контаминации и гибриды не позволяли сформироваться устойчивым формам и таксономиям. Эта неустойчивость вела и к постоянному исчезновению тех или иных гибридов и их замещению такими же неустойчивыми новыми. И хотя модульность характерна для большинства архаических культур, она претерпела существенные изменения в Греции, что отчасти и привело к формированию классической культуры и ее отпрысков.

Глава 11. От модульности к анатомии

В 1939 году немецкий ученый Бруно Снелль опубликовал эссе «Взгляд Гомера на человека», в котором пришел к неожиданному выводу: для Гомера не существовало целостного человеческого тела, которое стало позже неотъемлемой частью нашего представления о мире и человеке. Прежде всего он заметил, что Гомер нигде не употребляет слово σωµα, которым позже будет обозначаться живое тело, иначе как по отношению к трупу[287]. Анализируя тексты Гомера, Снелль пришел к выводу, что в раннем греческом искусстве

физическое тело человека понималось не как единица, но как агрегат. Вплоть до классического искусства пятого века мы не находим попыток описать тело как органическое единство, чьи части взаимосвязаны. В предшествующий период тело – это просто соединение независимых частей, по-разному собранных вместе[288].

По мнению ученого, в нас трансформировалось само представление о теле. Он доказывает это с помощью схемы рисования тела сегодняшними детьми и архаическими греками. Сегодняшний ребенок начинает со схематического тела, к которому прибавляются голова, руки и ноги. Ничего похожего у греков. У них тело – это члены с сильными мышцами, отделенными друг от друга преувеличенно большими суставами:

Иллюстрация к книге — Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы [book-illustration-7.webp]

Греки этого времени как будто видели странно «артикулированным» образом. В их глазах члены ясно отделяются друг от друга, а суставы ради акцента представлены необыкновенно тонкими, в то время как мясистые части нереалистично выпирают. <…> Таким образом ни в языке, ни в визуальных искусствах греки не воспринимали тело как единицу[289].

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь