Онлайн книга «Невозможность сада. Древние греки и изобретение динамической формы»
|
Общее же понимание стасиса Лоро сводит к тому, что только конфликт противодействующих сил может, как она пишет, воздвигнуть нечто вроде незыблемой стелы, в которой сцепка враждующих приобретает свойства непоколебимости:
В политическом аспекте эта незыблемая стела – méson – середина, как пишет Лоро, единственная сила, спасающая город от стасиса. Аристотель в этой связи говорит о «средних гражданах»[495] и некоем «среднем виде государственного строя». Но Лоро по сравнению с Аристотелем радикализирует понятие середины, определяя ее как промежуток между войсками, готовыми к бою – μεταίχμιον[496]. Лоро пишет об этом промежутке:
Этот промежуток, приостановка активного действия, движения боя является своего рода приостановкой хода времени, который связан с моментом колебания, прощупывания, нарастания виртуальности, грозящей перейти в актуальность. Бергсон в связи с такой ситуацией говорил о нарастании внимания и движениях, которые это нарастание сопровождают, как о «преимущественно движениях задерживающих»[498]:
Речь идет о присоединении к восприятию старых образов, сохраненных в памяти, «набросок которых был уже начертан нашими движениями»[500]. Этот процесс приостановки времени и странного движения вспять одновременно является процессом установления связей, выявления следов движения, их оживления, всегда способного породить новое, и еще более энергичное движение. Делёз в своей книге о Бергсоне пишет об этом процессе актуализации виртуального:
Но эта дифференциация линий и следов движения, связей между зонами и точками и есть, на мой взгляд, производство пространства. Я думаю, что аристотелевское тело, двигаясь и сочленяя точки, узлы и места сборки, производит движение одновременно с пространством, в которое оно вписывается. Нетрудно заметить (и для меня удивительно, что этого не сделала Лоро) сходство между политическим и телесным устройством. В обоих случаях мы имеем неподвижный центр, в котором единое распадается на антагонистические импульсы, а функционирование всей системы понимается как уравновешивающее взаимодействие противонаправленных действий – остановки и движения, или двух движений, снимающих друг друга в остановке и равновесии. Город описывается Лоро как стояние, неподвижность в движении, но это буквальная характеристика Поликлетова контрапоста. Самое существенное в такой схеме – ее организация вокруг центра (сердца, души, агоры), воплощающего постоянно проблематизируемое и восстанавливаемое единство. Путь к этому единству начинается в нем самом, а затем всегда идет через удвоение и конфликт к исходному состоянию. Промежуток между двумя замершими перед боем армиями тоже создает образ пространства с центром и равновесием противоборствующих сил, еще не обрушившихся в кровавый и неразличимый хаос боя. |