Книга Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения, страница 129 – Роберт Дарнтон

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Издатели и пираты. Книжное дело в эпоху Просвещения»

📃 Cтраница 129

Между тем Пфалеру приходилось иметь дело с возмущенным Палиссо. Драматург, известный в качестве полемиста, выдавал себя за наследника Вольтера и нападал на его союзников из числа энциклопедистов. Репутация его в парижских кругах была невысока. Памфлет «Малые письма о больших философах» и комедия «Философы» не способствовали популярности Палиссо среди просветителей. Их негативное отношение разделял Остервальд, но не Пфалер, который настаивал на поддержании договоренностей с Палиссо вне зависимости от возможного соглашения с Бомарше[405]. Однако сам Палиссо не собирался идти на уступки[406]. Узнав о переговорах с Бомарше, он отправил Пфалеру полное негодования письмо, которое тот переслал Остервальду, заметив, что оно дает «крайне дурное представление о его характере». Палиссо не допускал никаких отклонений от своего плана, и Пфалер считал, что единственный выход из создавшегося положения – разорвать с ним договор, выплатив неустойку в 7 тысяч ливров. Такой исход стал, по-видимому, неизбежным, когда агент Бомарше сообщил Пфалеру, что их совместные проекты не могут включать Палиссо, «жалкого литератора, которого все презирают»[407].

Проблема была решена еще до того, как Пфалер отказался от попыток сотрудничать с Бомарше: Палиссо согласился на неустойку, разорвал отношения с Берном и исчез[408]. Он снова объявился год спустя, предложив Типографическому обществу Невшателя опубликовать адаптированное издание Вольтера, который, по его словам, безусловно был великим писателем, но далеко не все его сочинения можно давать читать женщинам и детям. Безбожные и непристойные тексты должны храниться под замком и быть доступными только мужчинам. Все остальные можно вместить в 20 или 22 тома и опубликовать с соответствующими пропусками и объяснениями, которые представит Палиссо. Читатели по всей Европе с нетерпением ждут такого издания, уверял он. Его будут покупать не только ответственные отцы семейств, но директора школ и других заведений. Он сам претендовал лишь на треть суммы, которую Общество получит при сборе подписок, «потому что я более чувствителен к славе, чем к другим соображениям».

Невшательское Общество предложение не приняло, но замысел сразу не отвергло. Хотя идея «очищенного Вольтера» (если пользоваться формулировкой Палиссо) сегодня звучит достаточно абсурдно, в XVIII столетии она могла найти отклик у читателей. Во всяком случае, Палиссо был в этом уверен: «Вольтер безоговорочно был одним из редчайших гениев, но его слава была бы более чистой, если бы он сдерживал вольность – вернее сказать, распущенность – своей мысли. Иными словами, если бы он поменьше писал»[409].

С точки зрения швейцарских пиратов, рынок в первую очередь требовал дешевой перепечатки кельского собрания сочинений, и Пфалер продолжал заниматься этим проектом сперва в одиночку, затем совместно с Хойбахом и в итоге в партнерстве с Остервальдом. Палиссо он заменил более подходящей фигурой – Жаном-Луи Ваньером, преданным и добросовестным секретарем Вольтера, в отличие от Палиссо, не имевшим литературных амбиций. Простой паренек, выросший в деревеньке в Во, он сначала прислуживал Вольтеру, а в 1756 году стал его секретарем. Он мог придать проекту Пфалера некоторую легитимность, обусловленную с его близостью к фернейскому патриарху, и принести большое количество рукописей, не попавших в руки Панкуку. Если бы к ним удалось добавить те, что находились в распоряжении невшательского Общества, то воспроизведение кельского издания могло быть значительно дополненено, что стало бы существенным фактором в конкурентной борьбе между разными собраниями сочинений Вольтера.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь