Книга Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца, страница 86 – Евгений Тростин

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Сергей Прокофьев. Музыка моего сердца»

📃 Cтраница 86

— Прощайте.

Мы размашисто пожали руки и разошлись.

Я доволен моей встречей с Максом. Он мне очень нравится. А Макс будет теперь обо мне думать. Я должен был произвести на него некоторое впечатление и моим весёлым тоном при встрече с ним, и моим появлением из есиповского класса, и некоторыми моими задеваниями, и, быть может, моим весьма элегантным серым костюмом взрослого человека (он был в чёрной куртке). Жаль, что не скоро с ним встречусь опять. Впрочем, с другой стороны, это очень хорошо.

Итак, расставшись со Шмидтгофом, я пошёл в класс, и урок скоро начался.

Первым играл Ахрон. Чётко, громко, смело, точно фонола. Но художественного чутья у него нет. Затем играл Захаров. Этот играл хорошо, с пониманием, но чего-то у него всё же не хватало. На всей вещи лежала какая-то туманная дымка, и Есипова осталась им недовольна.

— Вы, верно, мало работали летом? – говорит.

— Напротив, я работал очень много…

Действительно, Захаров простарался всё лето, результат работы – обидный.

Затем вышел я с моей Фугой, которую знал наизусть.

Прелюдию она дала мне сыграть целиком, не останавливая, и только раза два напомнив во время игры: «crescendo»… или «forte»… Но затем сказала, что я неровно играю аккомпанемент и заставила медленно и громко проиграть всю вещь, показав при этом пару восхитительных оттенков. В Фуге остановок было больше. Замечания касались главным образом темпа, который я загонял, иногда чистоты, которая хромала из-за загонения, и педали, по поводу которой она один раз даже крикнула. В общем, надо считать, что дело сошло очень недурно – на четвёрку, минимум на четвёрку с минусом, а Захаров так остался очень доволен мной. На следующий раз задала мне «32 вариации» Бетховена, которые я теперь купил и учу с большим прилежанием.

4 октября

Когда во вторник я пришёл в Консерваторию, то первая, кого я встретил, была Леонида Михайловна Глаголева. Она встретила меня с удовольствием и была всё время чрезвычайно любезна. Она расхвалила мои летние письма, нашла их очень оригинальными, своеобразными, никто никогда ей таких писем не писал, словом, это совершенно особенный стиль monsieur Прокофьева.

Затем много рассказывала о своём путешествии, много просто так говорила и рассталась со мной, прося не забывать своих старых знакомых. Длилось свидание два часа.

О Глаголевой у меня остаётся прежнее мнение: красивая, интересная, но всё же далёкая и чуточку холодная.

Но в общем, я доволен моим времяпрепровождением: всё идёт гладко, интересно, хорошо. Эта осень куда полней и интересней прошлой. Помню, как я тогда, встретившись с Е. Эше, на её вопрос, что я делаю хорошего, ответил:

— Скучаю.

Может, тут было немножко рисовки, но всё же была доля и самой чистой правды. Теперь же, просыпаясь утром, я знаю, что у меня впереди интересный день, а если – редко – не сегодня, то будет завтра.

11 октября

У Есиповой до сих пор было только два урока, но Захаров нашёл, что я уже сделал успехи. Так ли или не так, но только заниматься у Есиповой – одно удовольствие. И каждый раз, готовясь к уроку, я тщательно отделываю свою вещь, чтобы звучала чётко, понятно и умно. Какая благодать, что я перешёл к ней от Винклера!

Но о Винклере память всё же свята. И в память прежних добрых лет я летом сочинил специально для него четыре фортепианных этюда и посвятил их ему, «глубокоуважаемому учителю». Позавчера я их поднёс Винклеру – надо будет завтра «случайно» встретить в Консерватории и узнать, как они ему понравились. Мясковский нашёл в них большой успех и шаг вперёд. Я лично нахожу, что они несколько необтёсаны, как первый опыт этого рода, но всё же удачней, чем я думал, начиная их сочинять.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь