Онлайн книга «Преддверие II»
|
В жизни у меня часто пропадало ощущение реальности, казалось, что стоит только закрыть глаза – и всё исчезнет: и лес, и замок, и моя спальня, и все люди вокруг… и я – непонятно кто, и существую ли я вообще? В подвале среди пыльных сундуков всё становилось совершенно реальным и выпуклым, всё вставало на места: никакого сна, никаких иллюзий. И я наконец обретала себя. У меня был свой ключ от этой двери, такой же древний, как я, но о нём я никому не говорила. Это была моя маленькая тайна, в отличие от той, большой. И вот мы наконец стояли перед дверью, и впервые в жизни ключ мне не понадобился. Замок был сломан. Даже не то что сломан, а зверски раскурочен. — Вот это да! – Веторио присел, рассматривая остатки замка. – Что у вас там такого ценного? Мешки с золотом, что ли? — Ты сам знаешь, что в нашей барахолке, – сказала я, прекрасно помня, что он там бывает. Мне показалось, мои слова его смутили. — Но это не я, – проговорил он, показывая на изуродованную дверь. – Ты же видишь, Веста, что это не я! — На тебя никто и не подумает, – усмехнулась я, – тебе сил не хватит. Мы зашли внутрь осторожно, как будто сами были ворами. Под самым потолком были узкие окошки, в них пробивался дневной свет. Его было недостаточно. Чтобы рассмотреть что-нибудь получше, приходилось подносить лампу. Я, конечно, первым делом взглянула на охраняемую мною стену. За сто лет ещё не бывало, чтобы кто-то покушался на фреску. Я успокоилась и уже как хозяйка занялась просто вещами. На первый взгляд ничего не исчезло и ничто не изменилось. Оставалось только догадываться, кто и зачем вломился сюда с такой наглостью и страстью. Мы сидели на пыльных ящиках и озирались по сторонам. Было очень-очень тихо. Сначала всякие тревожные мысли лезли в голову, но потом это всё-таки произошло – связь с внешним миром прервалась. Я расслабилась. Моё сердце перестало болезненно сжиматься. Я не беспокоилась о Леонарде, о том, что он рано или поздно, повинуясь проклятью рода Карсти, полезет на утёс. Я не переживала за Конрада, который так поседел, и осунулся, и не хочет меня знать. И я перестала думать о Филиппе. Мне было хорошо и спокойно, словно я выпила сладкого вина и завернулась в тёплое одеяло. — Интересно, – сказала я, – кто это был? Говорить нужно было почти шёпотом, потому что слышен был каждый шорох. — По всей видимости, ваш Конрад, – сказал Веторио. — С чего ты взял? – удивилась я. — Он единственный, кто приехал вчера. — Но ещё неизвестно, как давно этот замо́к сломан. Может, уже неделю? — Он сломан сегодня. — Откуда ты знаешь? — Вчера я был тут. — Тебе-то что тут надо?! — Веста, ну какая разница, что здесь делал я, если вопрос в том, кто сломал замо́к?! Веторио сказал это почти умоляюще, я хотела что-то ответить, но забыла, что именно, когда поняла, что он держит меня за руку. — Пожалуйста, Веста… Давно, немыслимо давно, в ранней юности, Исидора говорила мне: «Когда придёт Он, ты узнаешь его по руке. Не верь ни словам, ни глазам, ни поцелуям. Не верь даже чувствам своим, если рука его не та». – «Что значит “та”?» – «Ты сама поймёшь». И прошло много-много лет, и я перестала ждать, и мне всё это было уже не нужно, как старый хлам в подвале, но я всё-таки нашла эту руку. Не знаю, сколько мы так сидели: может, час, а может, три секунды. Я смотрела на него почти с ужасом, мне никогда бы не пришло в голову, что я могу в него влюбиться, тем более сейчас! Мне всю жизнь нравились совсем другие: сильные, гордые, огромные, как богатыри, да и жизнь-то уже прошла! Но я смотрела на него, окаменев совершенно, и думала: «Живи как хочешь, делай что хочешь: дурачься, ленись, унижайся, насмехайся надо мной, получай тумаки от Леонарда, люби свою Арчибеллу… Только не выпускай моей руки никогда, никогда, никогда!» |