Онлайн книга «Преддверие I»
|
— Там в буфете сахар и печенье. Доставай, если хочешь. Я достал. Мы смотрели друг на друга. — Ты, наверно, теперь жалеешь, что пустил жильцов? — Да я сразу понял, что тебя надо послать к чертям, но девочка Нолли очень хотела остаться. — Она, между прочим, сказала, что ты святой. — В смысле юродивый? Он засмеялся и пошёл снимать кипящий чайник. — Ну и в семейку вы попали! И сестра, и брат – оба ненормальные. Правда, если её ещё можно вылечить, то меня уже никак. Если б он говорил не так весело и не с таким добродушным выражением лица, я решил бы, что он обиделся. Уроды обычно бывают обидчивые и обозлённые. Этот оказался приятным исключением. — А давно она заболела? — Уже десять лет. — Ровно столько… — Сколько мы скитаемся? Да. Я не хотел, чтобы дома знали об этом, – Ольвин опять с ногами забрался на стул, – вот когда я её вылечу, я вернусь. — А если нет? — Нет так нет. Знаешь, мне нравится такая жизнь: новые города, новые люди, даже новая мебель. — Но ты ведь можешь привязаться к кому-то? Полюбить, в конце концов? Он потянулся за банкой с вареньем, глядя, впрочем, не на банку, а на меня. — Я непривязчив. И это прозвучало жёстко. Я понял, что свою непривязчивость он выстрадал. Через полминуты он снова светился изнутри и приветливо улыбался, но этот взгляд я запомнил. — Слушай, Мартин, чем ты собираешься заниматься? — Вообще-то… – я слегка изобразил смущение, – я хотел попроситься в вашу труппу. Вам не нужен ещё один артист? Сальто я крутить, конечно, не умею… ну а пройтись на руках или пожонглировать яблоками, пожалуй, получится. И ещё я петь могу, правда. Ольвин оказался очень доволен моим признанием: — Я тебе сам хотел предложить. Понимаешь, нам для комедии нужен ещё один человек, ты как раз подойдёшь. — И кого же я буду играть? — Рабыню-эфиопку. — О боже! Ты считаешь?.. — Всё будет отлично, Мартин, мы намажем тебя ваксой. — А всё остальное тебя не смущает? — Всё остальное в самый раз! Он смеялся надо мной просто и беззлобно, сильный такой, плечистый, я и сам знал, что я не атлет. И я был совсем не против подурачиться и поучаствовать в этом весёлом представлении, наверняка простонародном и совершенно примитивном. — Смейся-смейся, – проворчал я для виду, – посмотрим, что скажет Нолли! Потом на кухню зашла Изольда. Она была в платье, умытая и причёсанная. По тому, как она улыбнулась, я понял, что смущаться ей нечего, потому что она совершенно ничего не помнит. И мне, стало быть, лучше всё забыть. Но я не забыл. — Вы уже здесь? Я пришла готовить завтрак, а они уже едят! — А что такого? – удивился Ольвин. — Доброе утро, – вставил я, мне очень хотелось поймать её взгляд и хоть что-нибудь в нём прочесть кроме материнской заботы. — Мартин, – сказала она чуть ли не с упрёком, – неужели я вас вчера плохо накормила? — Ласточка, ты готовишь прекрасно, – ответил за меня Ольвин, – просто мы обжоры. — Бедные детки, грызут одно печенье! Что вам разогреть? — Подожди, – он встал и осторожно взял её за плечи, – ты сегодня ещё наготовишься. — Да? — У нас будут гости вечером. Надо же познакомить Мартина и Нолли с нашими друзьями? — Понятно… Пирожки, гусь с капустой… этот вечно голодный Сильвио тоже будет? — Конечно. — Тогда ещё и котлеты. Нолли открыла глаза, когда я вошёл. |