Онлайн книга «Луна, уснувшая в руках вампира»
|
— Я знаю, – ответил Кай, кажется, немного удивлённый резкой сменой темы. – Я знаю, что ты так не думаешь. Я твой фамильяр, помнишь? – Он улыбнулся и, выдержав небольшую паузу, добавил: – Я тоже не должен был говорить то, что сказал, и прошу за это прощения. Я опустила взгляд на свои руки и усмехнулась. От нахлынувших переживаний я даже не заметила, как всё это время пыталась стереть с пальцев новые узоры. — Тебе не за что извиняться. В отличие от меня ты сказал правду. – В моём голосе не было обвинения или обиды, только сожаление. Кай молчал, а я судорожно пыталась разглядеть его чувства, но все они спрятались за непреодолимой стеной моей собственной тревоги. — Всё слишком запутанно, – наконец сказал он, а я слишком боялась поднять взгляд, чтобы посмотреть на него, увидеть в выражении его лица то, что не могла почувствовать сердцем. – Но то, что я как фамильяр порой действую не по своей воле, не значит, что на самом деле я не беспокоюсь о тебе. Меня укололо разочарование напополам с облегчением, я словно раскололась на две части, одна из которых была рада услышать, что Кай меня не ненавидит, другая же надеялась услышать что-то совершенно другое. Но что? На что я втайне рассчитывала? Я нахмурилась и мысленно отругала себя за пришедшие в голову глупости. Не будь дурой, Кэтрин. — Спасибо, – наконец сказала я и наконец позволила себе посмотреть на Кая. – Что пришёл за мной. К Буашайль. Он улыбнулся, и от этой тёплой и такой редкой улыбки у меня мурашки пробежали по коже. — Я не мог не прийти. И я говорю это не только как твой фамильяр. Я пришёл за тобой по собственной воле. В этих словах крылась лишь половина правды, но в груди всё равно разлилось предательское тепло. Метр пространства, который разделял нас, показался мне слишком незначительным, и мне захотелось оказаться на противоположной стороне комнаты или даже всей академии, чтобы Кай не узнал даже отголоска моих чувств. Кай прав: всё слишком запутанно. Настолько, что я и сама не знала, что за нити сплелись в этом разноцветном клубке. — Наша связь, – выдохнула я, до конца не понимая, что именно хочу сказать. – Ты… ты ведь тоже это чувствуешь? Описать злополучное «это» у меня тоже не находилось слов, но Каю они не понадобились. Он понимающе кивнул. — Что-то изменилось, когда ты пришла ко мне во сне и я дал обещание. Она стала крепче, глубже. Я кивнула. Всё стало понятно ещё в храме, тогда я впервые почувствовала Кая. Это разом объяснило всё: от странного приступа голода до противоречивых мыслей и эмоций, разрывавших меня на части. Но услышать, что Кай испытывает то же самое, и проговорить это самой оказалось удивительно важным. Освобождающим. — Это странное ощущение, согласен, – продолжал Кай. – С самого начала, как только понял, что стал твоим фамильяром, я сопротивлялся ему, пытался отстраниться, закрыться… — Поэтому я не чувствовала твоей боли, – выдохнула я. – Когда ты встретился с Расщепляющим. Ты специально закрылся от меня? — Не то чтобы я делал это абсолютно осознанно, но да. Мне хотелось, чтобы хоть что-то было только моим. Пусть даже боль. Но… со временем я подумал… – Кай замолчал, отвёл взгляд, раздумывая, стоит ли говорить то, что вертелось на языке, подбирая правильные слова. И я чувствовала смятение, которое одолевало его. Но наконец он вновь взглянул на меня, и от этого взгляда у меня перехватило дыхание. – Я никогда и ни с кем не делился своими чувствами. Это было опасно. Любое из них – от самого светлого и безобидного до самого тёмного и болезненного – Надзор мог использовать против меня. Я не собирался давать им такое преимущество. И не только им – никому. |