Онлайн книга «Наша родина как она есть»
|
— Это… – сказал он, низко кланяясь, но не без высокопарности, – осмелюсь доложить вашим превосходительствам, что евреев у нас нет. Тут все немцы вскочили на ноги и уставились на него с изумлением. — Что ты мелешь, мужик, – наконец проронил один из черноформенных, –как так – нет евреев? Ты, что, совсем обалдел? — Никак нет, ваша светлая пресветлость, – отвечал горичанский государственный деятель, ничуть не оробев, но немного сокращая историческую реальность, – те, кто не хотел снимать шляпы, уехали. Все. Подчистую. Никого не осталось. Честное-благородное, – а остальные члены местного самоуправления начали тоже слегка кланяться, дабы показать немцам, что говорящий не лжет. Воцарилось долгое молчание. — Ха! – вдруг воскликнул самый черный немец и ударил себя стеком по ладони. – Да вы, горичанфольк, молодцы! Горичане вежливо покивали ему в ответ, дабы показать, что да – молодцы, не спорят, мол. — Это значит, что нам у вас нечего делать – так что ли? – уже довольно весело спросил немец. Горичане опять ему вежливо покивали: дескать, да – нечего. — Ну, и прекрасно, доннерветтер! – заметил тот. – Сэкономим силы. Брали бы ваши соседи с вас пример – нам бы совсем работы не было. Горисландцы и тут покивали: знамо дело, брала бы вся Европа с нас пример – никто бы горя не знал. Да не доросли еще, соседушки. Поэтому остаток войны немецкие части, оказавшиеся на территории Горичании, бездельничали и разлагались. Сражаться им больше не пришлось. Основные удары войска союзных держав наносили на других направлениях, а в Горисландии дело не дошло даже до возведения оборонительных редутов. Поначалу немцы, правда, все-таки поискали евреев – ох уж эта германская дотошность! Но, как упоминалось выше, отличить евреев от неевреев не могли уже и сами горичане, что уж говорить о приезжих. Не зная, чем себя занять, доблестные солдаты вермахта переставали заботиться о поддержании личного обмундирования в надлежащем виде, слонялись по горисландским долам с потухшими глазами и постепенно теряли боевой дух. Дабы держать солдат в тонусе, начальник гарнизона господин Липсков беспрерывно устраивал смотры, марши, стрельбы и экзамены по полевому уставу, но свободного времени у вояк все равно оставалось более чем достаточно, что давало им возможность по-прежнему продолжать бесцельные и депрессивные прогулки по горичанской местности. Как-то обер-лейтенант пожаловался на это пани Руженке. Здесь надо сказать, что сам герр Липсков происходил из старой прусской офицерской семьи и даже не очень сильно усердствовал в поисках неизвестно куда исчезнувших евреев. — А что, господин лейтенант, – сказала проницательная пани, – без дела-то томятся солдатики, скучают? — Ох, и не говорите, прекрасная пани, – ответил герр Липсков, потягивая местное пиво, на повсеместную варку которого он с самого начала своей командировки смотрел сквозь пальцы. – Прямо и не знаю, что делать. Вчера опять приходили ваши, жаловались: кто из солдат начал по свиньям и коровам постреливать, а кто, наоборот, очень к скоту, как бы это поточнее сказать, пристрастился. И скот от этого молоко, дескать, теряет, да и худеет тоже. Беда с вашими женщинами. Где я только не был: и во Франции, и на Украине – везде у наших молодцов никаких проблем не существовало. А ваши бабы – ужас какой-то. Последних мужиков забрали в венгерскую, кажется, армию… уже сколько времени тому будет – месяца два, наверно, а они все терпят и ни на какие уговоры не поддаются. |