Онлайн книга «Записки из Колыбели солнца: Северная Корея глазами иностранки»
|
По словам гида, мечтой Ким Ирсена с детства была великая Корея, свободная от тирании империалистов. Он смог воплотить мечту в реальность, за что получил вечное уважение и почёт корейского народа, а также звание Солнца Нации. Северяне называют его дом Солнечным, а день его рождения ознаменован как День Солнца. В течение всей экскурсии директор и все сопровождающие стояли в стороне, и только наш верный страж Мухён не отходил ни на секунду. После того как гид завершила своё выступление, она предложила сделать памятную фотографию, а директор вызвался добровольцем в качестве фотографа. Как-то повелось, что все общие кадры делали на мой телефон, поэтому я передала его руководителю, который с должной осторожностью принял его и сделал несколько снимков. Надо сказать, что его энтузиазм заслуживал твёрдую пятёрку, а вот навыки немного подкачали – изо всех кадров только один был запечатлен без его пальца в углу. Обратно по аллее с высаженными туями и аккуратно подстриженными кустами мы шли медленно, наслаждаясь красивыми видами и спокойной обстановкой. Я периодически немного отставала от группы, так как пыталась делать красивые фотографии, поэтому Мухён присоединился ко мне (то ли чтобы я никуда не убежала, то ли чтобы я случайно не потерялась). К нам также пришёл Качок, который выглядел внушительно в белой рубашке с короткими рукавами и красным галстуком. Мы весело болтали, когда к нам присоединился директор собственной персоной. Видимо, любопытство (или переживание) не давали ему покоя, потому что он, взяв Мухёна под локоть и велев ему переводить, спросил, что случилось с моей рукой. Я, немного смутившись, сказала, что ударилась об угол стола. Однако подобный ответ его категорически не удовлетворил. — Болит, Чиана тонму? – участливо спросил он. — Немного, – призналась я, однако решила не говорить всю правду, чтобы лишний раз не драматизировать. — Можно? – спросил он, указав на мою руку. Я не поняла, что он хочет сделать, поэтому просто кивнула. Директор бережно взял мою руку в свои и слегка надавил пальцем на бинт. Я поморщилась. — Давай сходим в больницу? – спросил он. Мухён быстро перевёл его слова. Надо сказать, что по больницам я ходить не люблю, потому что они навевают на меня чувство страха. Услышав его предложение, я пришла в ужас и моментально впала в панику от мысли, что меня положат в медучреждение в Северной Корее, и резко замахала руками. Директор, слегка опешивший, что моя рука неожиданно вылетела из его широкой ладони, но быстро убедившийся, что жить я точно буду, раз могу делать такие финты, мягко улыбнулся и, слегка наклонив голову, присоединился обратно к группе. Мухён, радостный, что его начальник ушёл, снова стал самим собой и принялся болтать с Качком. Последний, которого явно заинтересовала моя травма, спросил, вывихнула я руку или нет. Я пожала плечами, сказав, что не разбираюсь в этом. Со словами, что он лучший в мире эксперт по травмам и может определить, что со мной случилось, Качок схватил мою кисть, стиснув её в железные тиски, и резко надавил. Я вскрикнула от неожиданности и, зашипев от боли, попыталась вырваться, однако он держал меня крепко. В следующий момент события развивались с космической скоростью – в одну секунду Качок схватил мою руку, несмотря на громкие протесты, а в другую – от неожиданной боли застонал уже он. На его накачанном запястье лежала широкая ладонь директора. |