Онлайн книга «Королева Виктория. Женщина, правившая Империей»
|
Виктория удобно для себя называла собственное положение «аномалией». Она провозглашала, что женщины не должны обладать властью, одновременно ревностно оберегая собственную власть. Она от души посмеялась, когда лорд Дафферин рассказал, как группа женщин требовала предоставить им избирательное право на том основании, что «мужчины редко годятся для такой работы». С тем же успехом лорд мог бы описать ее отношение к Берти – Виктория считала себя куда более способной к управлению и политической деятельности, чем ее старший сын, и сама мысль об отречении в его пользу была для нее неприемлема. Королеву приводила в содрогание мысль о юных девушках в анатомическом театре, разглядывающих части тела, «которые нельзя называть в их присутствии». В этот раз она неожиданно согласилась с Гладстоном: идея обучения женщин профессии врача была «отвратительной». (Однако она поддерживала женщин, которые обучались акушерству или работе с бедными пациентками в Индии, чья религия не позволяла им обращаться за медицинской помощью к мужчинам.) Особое презрение королева питала к «распущенным» женщинам, особенно тем, кто занимался традиционно мужскими занятиями вроде охоты. Когда леди Чарльз Керр сломала череп при верховой езде, Виктория увидела в этом назидательный урок. Она писала Вики в 1872 году:
В викторианской Англии «распущенных» женщин винили во многих бедах: размывании моральных устоев, утрате женщинами женственности и эпидемиях венерических болезней, подрывавших боеспособность британских войск в Крыму, Индии и самой метрополии. К 1864 году почти треть личного состава армии проходила лечение от сифилиса или гонореи. Поскольку вину возлагали не на солдат, а на женщин, с которыми те вступали в связь, решение сочли простым: армии и флоту требовались «чистые» проститутки. В 1864 году был принят первый из «Актов о заразных болезнях», вводящий официальные бордели для военных. Эти законы также включали чрезвычайные положения по контролю над женщинами в общественных местах: полиция могла арестовать любую женщину по подозрению в проституции без доказательств. Женщин подвергали унизительным гинекологическим осмотрам на венерические заболевания – как в больницах, так и на месте – и ставили на учет в полиции для регулярных проверок (или заключали под стражу). При сопротивлении их заковывали в смирительные рубашки и раздвигали ноги зажимами. При обнаружении болезни женщину могли поместить в больницу на три месяца. В созданной Рональдом Пирсоллом атмосфере «охоты на шлюх» именно секс-работниц – а не их клиентов – клеймили с церковных кафедр и парламентской трибуны. Это стало, пожалуй, самым наглядным публичным проявлением викторианских двойных стандартов, когда женщины несли наказание за сексуальное поведение, в то время как мужчины избегали пристального внимания и осуждения. |