Книга Королева Виктория. Женщина, правившая Империей, страница 146 – Джулия Бейрд

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Королева Виктория. Женщина, правившая Империей»

📃 Cтраница 146

Влиятельные супруги, обоим было на тот момент едва за тридцать, ощущали уверенность в том, что к 1851 году их общественный образ значительно укрепился. В первую неделю выставки газеты трубили о превосходстве Британии, которое проявлялось в законопослушных толпах, преданности монарху и достижениях нации в области изобретательства. Превосходные степени лились рекой: «Выставка величественнее пирамид», – писал Bristol Mercury. Альберт доказал, что он «не чужак», а истинный британец, «по рождению и по духу». Виктория была уверена, что выставка наложила своеобразное заклинание на Лондон, и ликовала, когда лорд Абердин сообщил ей, что даже работа парламента идет гладко благодаря этому событию. Она готова была провести остаток жизни, смакуя этот момент.

Иллюстрация к книге — Королева Виктория. Женщина, правившая Империей [book-illustration-9.webp]

Пока стеклянный исполин в Гайд-парке демонстрировал чудеса и богатство всего света, женщина по имени Флоренс Найтингейл изнывала от ограниченности собственного мира. В отличие от Виктории, она была скована представлениями среднего класса о приличиях: несмотря на ясный ум и силу воли, ей не позволяли заниматься тем, к чему тянулась душа. Найтингейл мечтала стать сестрой милосердия, но вела ожесточенные споры с семьей, которая хотела видеть ее дома. Старшая сестра впадала в истерику, стоило Флоренс отправиться за границу – осматривать госпитали и монастыри. Мать называла ее стремления глупостью и безумным честолюбием. Флоренс чувствовала себя пленницей условностей и провинциальной скуки, умоляя родных позволить ей «следовать зову внутреннего духа». Она впала в уныние, проводила целые дни в постели, отказывалась от еды, подумывала о самоубийстве. Днем ее терзало желание применить свой ум, а ночью – мечта о смерти: ложиться спать после дня, проведенного дома, писала она, было все равно что ложиться в могилу.

В 1852 году Найтингейл написала удивительно пророческое эссе, первоначально задуманное как роман, под названием «Кассандра». Название отсылало к прекрасной рыжеволосой пророчице из греческого мифа, наделенной даром предвидения, но проклятой Аполлоном за отказ – с тех пор ее словам никто не верил, как бы правдивы они ни были. Молодая Кассандра, героиня Найтингейл, мечтала посвятить себя служению людям и применять свой разум так же, как это позволено мужчинам. В сущности, Кассандра – это и была сама Флоренс. Она писала:

Зачем женщине страсть, ум, нравственная энергия, если в обществе нет для них применения? …Почему кажется нелепым, если мужчина займется вышивкой или будет каждый день выезжать на прогулку в экипаже, но не вызывает смеха, если это делает женщина? Почему мы бы посмеялись, увидев за столом в гостиной утром собрание мужчин, и сочли бы это нормальным, будь это женщины? Разве время мужчины ценнее времени женщины? …Сами женщины приняли это положение, написали книги, чтобы его оправдать, и воспитали себя так, чтобы считать все, что они делают, не имеющим особой ценности – ни для мира, ни для других.

Это эссе, написанное во время проведения выставки, является суровым напоминанием о том, что амбиции Виктории померкли перед гораздо более яркими и возвышенными представлениями ее мужа. Найтингейл писала: «За его судьбой женщина должна уничтожить себя, должна быть только его дополнением. Женщина посвящает себя призванию своего мужа. Но если у нее есть своя собственная судьба, какое-то собственное призвание, она должна отказаться от него в девяти случаях из десяти». «Просыпайтесь, – восклицала она, – вы, женщины, все, кто спите, проснитесь!» Это вполне могло бы быть обращением напрямую к Виктории. Но характер работы королевы означал, что она была в значительной степени освобождена от домашних забот; это была не общественная жизнь, к которой она стремилась, как это делала Флоренс Найтингейл, а частная. Ее дневник показывает, насколько тесно политика была переплетена с ее повседневной жизнью, насколько добросовестно она работала и как старалась быть в курсе событий. Она всей душой заботилась о своей стране. Собственные амбиции постепенно отходили на второй план под тяжестью супружеских и материнских обязанностей, но ее великое чувство оставалось непоколебимым. Страсть Флоренс Найтингейл заключалась в том, чтобы развивать свой разум и исцелять больных. Для королевы Виктории страстью был Альберт.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь