Онлайн книга «Сезон отпусков»
|
Поэтому в этот теплый ясный вечер во время неспешной прогулки я впитываю детали моего городка. От замысловатой деревянной резьбы на остроконечных крышах до висячих корзин, за которыми я ухаживаю каждое лето. Гиблый Мыс наконец-то стал для меня местом, где я чувствую себя дома. Он заботится обо мне. А я забочусь о нем, как научил меня Артур. Сегодня вечером начинается та пора года, когда мне нужно быть особенно бдительной. Официальное открытие сезона отпусков. И Гиблый фестиваль знаменует его начало. У театра на Кленовой улице уже выстроилась очередь. Здесь смешались приезжие и горожане. Кто-то одет в костюмы, соответствующие сегодняшнему шоу. Другие, как я, – в нарядной, но не театральной одежде, не изображающей канделябры, чайники или крепких охотников позапрошлого века. Некоторые, в основном туристы, одеты совсем просто. Я прислушиваюсь к разговорам и наслаждаюсь атмосферой, пока мне, наконец, не вручают мой билет и я не прохожу внутрь. Затем я беру попкорн и газировку, нахожу место в центре седьмого ряда и ставлю сумочку на соседнее сиденье, чтобы занять его для Артура. Наконец устраиваюсь поудобнее и листаю программу, пока зал медленно заполняется. — Ну и ну, – слева от меня раздается знакомый голос, прерывающий несколько мгновений блаженного спокойствия. Я на секунду закрываю глаза и медленно выдыхаю, но это ничуть не облегчает раздражение, которое, кажется, готово поглотить меня целиком. Ладно, возможно, еще я немного волнуюсь, но изо всех сил стараюсь этого не показывать. – Не ожидал увидеть тебя здесь. Меня окутывает запах сандала и кедра, когда Нолан Роудс занимает место рядом. Глаза так и остаются закрытыми – я надеюсь, что тогда его раздражающая привлекательность меня не смутит. — Не сомневаюсь. — «Театр Гиблого Мыса представляет “Красавицу и Чудовище”». Знаковое совпадение, не находишь? Приоткрыв один глаз, я с укором смотрю на Нолана. В ту же секунду, как наши взгляды встречаются, уголок его губ приподнимается в кривой ухмылке. Мне едва удается сдержать стон. — Я ведь такой красавец. – Он с драматическим вздохом проводит рукой по волосам. — А я чудовище, да? — Ничего такого я не хотел сказать. – Его усмешка растворяется в уверенном взгляде, зеркалящем мой собственный. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем он замечает бумажку у меня в руках. — Что это? – спрашивает Нолан, изучая программу, морщинка залегает между его бровей. — У тебя проблемы с пониманием прочитанного? Ты буквально только что зачитал мне название. Нолан закатывает глаза и тянется за моим попкорном. Я шлепаю его по руке. — Купи свой. — С названием я разобрался. Но не понимаю, почему к «Красавице и Чудовищу» прилагается предупреждение о содержании. Это же «Дисней». — На Гиблом Мысе не может быть никакого «Диснея». Только прямая его противоположность. – Я хмурюсь, однако Нолан отвечает на мое раздражение все тем же уверенным взглядом. – Если тебе не нравится, то уходи. Он едва заметно улыбается. — Нет, спасибо, меня все устраивает. Что-то мрачнеет в его лице, и это пробуждает жар глубоко в костях – в той пустоте, где когда-то была душа. В глазах Нолана нет ни искры света. Из зала будто исчез воздух. Голоса, смех, люди, рассаживающиеся по местам, даже звуки инструментов в оркестровой яме – все это уходит куда-то далеко. Остаются только Нолан и испепеляющий взгляд, будто этот псих готов вырвать мое сердце голыми руками, не будь у меня его драгоценного альбома. Будто он пойдет за мной в самую глухую тьму, если я попытаюсь исчезнуть. |