Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
В тридцать девять я правильно закрыла за собой дверь. В сорок семь я могла сама решить, кого поцеловать возле другой. Глава 4. Две жизни Марина поймала меня с телефоном возле утюжильного стола. — Если там фотографии рукавов, показывай. Если нет, отойди, а то отпечатаешь на себе решетку. Я стояла слишком близко к горячей поверхности. Шагнула в сторону и убрала телефон в карман. — Там не рукава. — Вижу. На рукава так не улыбаются. Даже если они сразу сели. Она подала мне спинку кителя, которую следовало проверить перед окончательной сборкой. Мы разложили ее на столе, отогнули припуск и стали разбираться, почему одна половина казалась длиннее. Через минуту я уже забыла про сообщение. Оказалось, срезы были совмещены неровно; в выкройке ошибки не было. Марина выдохнула, забрала деталь, а я снова достала телефон. Антон спрашивал, можно ли позвонить вечером. Я ответила, что можно после девяти: до этого хотела дочитать рассказ Галины и отправить замечания. Он написал «договорились». Я прочла Галину, нашла место, где путались два соседских голоса, и отправила ей короткое письмо. Ровно в девять телефон ожил. Я откинулась в кресле, поставила ноги на нижнюю перекладину стола и ответила, не глядя на часы второй раз. В четверг мы встретились всего на двадцать минут. Антон ехал на футбол мимо моего ателье, а я после работы собиралась пройтись до дома. С утра не взяла машину, потому что обещали сухой вечер. К шести небо затянуло, и над крышами повисла мелкая водяная пыль. Я стояла у остановки, когда он подошел с темной спортивной сумкой через плечо. На ней болтался старый брелок в виде мяча. — Ты правда играешь, — сказала я. — А ты думала, я выхожу из дома с сумкой ради убедительности? — Я еще не видела, что внутри. Он расстегнул молнию ровно настолько, чтобы я увидела кроссовок. — Достаточно? — Один кроссовок может быть прикрытием. Антон засмеялся и поцеловал меня. Я успела обнять его за талию, прежде чем мимо нас прошла женщина с раскрытым зонтом. С края зонта за воротник Антону сорвалась струйка воды. Он вздрогнул, я не удержалась от смеха. — Вот и душ до игры, — сказал он. Мы спрятались под навесом. Дождь усиливался, на асфальте проступили темные точки, быстро слились. За стеклом остановки ветер гонял рекламный листок. Антон поставил сумку между ног и взял мою руку. — В субботу вечером свободен? — спросила я. — После пяти да. — Приходи ко мне. Попробуешь то, против чего выступает Марина. — Пирог? — Попытку пирога. Я пока не обещаю результата. — Мне нравится приглашение, в котором заранее допускается неудача. Я повернулась к нему. Он улыбался совсем близко, и мне захотелось, чтобы автобус задержался. На мгновение я даже подумала сказать, что дождь слишком сильный и футбол никуда не убежит. Антон взглянул на дорогу: из-за поворота показался нужный номер. — Это твой? — Да. Я сжала его пальцы и отпустила. — Иди. В субботу в шесть? — В шесть. Он подхватил сумку, еще раз коснулся губами моего виска и шагнул к дверям. Я дождалась, пока автобус тронется, и увидела его за стеклом. Он поднял руку. Я махнула в ответ, а потом осталась под навесом еще на несколько минут, слушая дождь. Настроение было такое хорошее, что я даже не стала ругать прогноз. В субботу я вернулась из библиотеки раньше обычного и взялась за пирог. Начинку придумала из порея, сыра и печеного перца. В тетради на кухонной полке было записано количество муки, но на полях я когда-то добавила вопросительный знак. Теперь он казался разумным предупреждением, которым я решила пренебречь. |