Онлайн книга «Измена. Она сказала нет»
|
— Да, — ответила я, глотая слёзы. — Она в порядке. И пусть это звучало как самообман, в ту минуту мне отчаянно хотелось в это верить. Глава 22 Максим Я сидел у кровати Дамира и смотрел на него, будто мог силой воли заставить его очнуться. Его ровное, почти незаметное дыхание и эта неестественная неподвижность давили сильнее любых слов. Мы с Лерой пытались говорить о пустяках — вспоминали смешные истории, чтобы разогнать тишину. Слова звучали чужими, но Лера слушала, иногда даже улыбалась, и от этого становилось чуть легче. Когда зашла медсестра и протянула список лекарств, я вскочил — мне нужно было хоть что-то делать, куда-то идти, быть полезным. Но стоило подняться, как пол будто качнулся, в глазах потемнело. Хотел сказать, что справлюсь, что сам всё куплю, но не смог. Лера забрала листок, посмотрела на меня спокойно и твёрдо: — Ты не дойдёшь до аптеки, не то что обратно. Я схожу. Ты посиди тут. Если вдруг что — ты ему нужен здесь. Я только кивнул. В этом кивке было столько бессилия, что стало стыдно, но Лера не заметила или сделала вид, что не заметила. Она ушла, а я снова сел на стул, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони, и уставился на Дамира. Время тянулось невыносимо медленно. Я вздрагивал от каждого звука в коридоре, прислушивался к шагам, к скрипу дверей, ждал хоть какой-то новости. А потом услышал крик. Он ударил по нервам, как разряд тока. Я не сразу понял, что это кричит Лера, не сразу сообразил, о чём она кричит. В голове мелькнуло только одно: «Лея». И я сорвался с места, не чувствуя ни усталости, ни слабости — только ледяной страх, который гнал вперёд. Коридор казался бесконечным. Я видел, как Лея вырывается, как бежит ко мне, спотыкаясь, падая и снова поднимаясь. Видел, как Лера раскинула руки, чтобы поймать её, прижать к себе. А потом всё смешалось: удар, рывок, крики, топот. Я врезался в того мужчину, не помня себя, не чувствуя ничего, кроме ярости. Ещё один удар — и он пошатнулся, потом рухнул. Рядом мелькнули люди в форме, кто-то кричал, кто-то хватал за руку, но я не чувствовал этого. Всё, что имело значение, — это Лея. Её тут же подхватил врач, увёл в сторону. Я видел только её бледное лицо, её дрожащие руки. Хотелось броситься следом, схватить того человека снова — за то, что посмел к ней прикоснуться. Но вместо этого я стоял, тяжело дыша, и пытался собрать себя по кусочкам. А потом ко мне подбежала Лера. Она врезалась в меня, обхватила руками, уткнулась лицом в плечо, и только в этот момент я понял, что снова могу дышать. Её тепло понемногу растапливало тот лёд, который сковал меня. — Она в порядке, — прошептал я, скорее чтобы убедить самого себя. — Она в порядке… — Да, — ответила Лера, глотая слёзы. — Она в порядке. Мы стояли у стены, пока полицейские задавали вопросы, пока охранник что-то объяснял. Я сжимал кулаки, чувствуя, как внутри всё ещё кипит ярость, и понимал: если не найду способ её усмирить, она меня сожжёт. Когда врач вышла из смотровой и сказала, что с Леей всё будет в порядке, я выдохнул так, будто до этого момента не дышал вовсе. Плечи опустились, сбрасывая хоть часть груза. Но из памяти никак не стирался тот ужас в её глазах — такой, который невозможно забыть. Я пошёл по коридору, не зная куда, просто чтобы не стоять на месте. Остановился у окна, уставился на серый двор, на одинокий куст, на урну — на всё то, что было таким обычным, будто ничего не случилось. И это несоответствие резало по живому. |