Онлайн книга «Измена. Папа в 50»
|
Я заставила себя вдохнуть. Воздух в кухне показался тяжёлым, будто насыпали пыль. Я провела пальцами по краю столешницы, чтобы не потерять равновесие. — Кто она? — спросила я. — Ординатор, — ответил он после паузы. Коротко. Без эмоций. Как диагноз. Ординатор. Значит, всё произошло там, где я всегда закрывала глаза: «у него тяжёлая работа», «он устал», «он спасает жизни». Значит, молодая девочка, которая смотрит на него снизу вверх, влюблёнными глазами, и думает: вот он, настоящий мужчина, статус, сила, уверенность. А он… он просто взял то, что ему предложили, и решил, что это нормально. — Сколько ей? — я спросила и почувствовала, как внутри что-то сжалось, будто меня перетянули ремнём. — Двадцать шесть. Двадцать шесть. Нашей дочери — двадцать четыре. Мне — сорок девять. Артуру — пятьдесят два. Я вдруг увидела картинку: молодое лицо, гладкая кожа, наглость молодости. И рядом он, уверенный, что возраст — это не про него, что он ещё «в форме», что ему можно «вторую жизнь». А я… я была просто частью интерьера, как этот стол, эти занавески, эта кухня. — И что дальше? — спросила я, хотя не хотела слышать ответ. Он пожал плечами — этим движением, как будто речь шла о том, какую модель телефона купить. — Ничего. Я не собираюсь разводиться. Это… получилось. Но ребёнок мой. Я буду помогать. Помогать. Как благотворительность. Как обязательство. Как ещё одна строка расходов. Я смотрела на него и в какой-то момент поняла: ему не стыдно. Ему просто неприятно, что я узнала. — Ты ей квартиру снимаешь? — спросила я. Он молчал. Не отрицал. И молчание ударило сильнее, чем любая фраза. — Из наших денег? Из клиники? — я говорила уже не потому что хотела выяснить, а потому что внутри поднималась волна — не слёз, нет. Горячей злости. Такой, от которой хочется взять и смести всё со стола. Он отвёл взгляд. Вот и ответ. Значит, пока я думала, где экономить на свадьбе дочери, пока я считала платежи, договаривалась с поставщиками, подписывала бумаги, следила за кассой и проверками, он откладывал не на отпуск, не на семью, а на неё. На чужую беременность. — Ты украл у меня не только мужа, — сказала я тихо, и голос вдруг дрогнул. — Ты украл у меня годы. И деньги. И право не быть униженной. — Аврора, перестань наворачивать, — он потёр переносицу, как будто у него болела голова от моей «истерики», хотя я даже не повышала тон. — Ты взрослая женщина. Ты понимаешь, что в нашем возрасте мужчины иногда… ошибаются. Ошибаются. Когда мужчина «ошибается», это почему-то называется так мягко, будто он пролил чай на скатерть. Не предал. Не обманул. А «ошибся». Я усмехнулась. Горько. — А мне ты что предлагаешь? — спросила я. — Жить дальше? Делать вид, что не было этих четырнадцати недель? Что не было твоей ординаторши? Что не было твоих денег на её квартиру? Артур поднял глаза. И впервые в его взгляде появилось нечто похожее на раздражение, смешанное с уверенностью. — Ты никуда не денешься, — сказал он спокойно. — У тебя нет своей практики. Клиника оформлена на меня. Ты без меня не потянешь. И давай без спектаклей. У нас дочь. Свадьба. Люди. Репутация. Свадьба. Репутация. Люди. А я? Я где в этом списке? Мне захотелось рассмеяться в голос, но вместо этого я почувствовала, как глаза защипало. Слёзы подступали, но я проглотила их. Не сейчас. Не при нём. Я не дам ему удовольствие увидеть, как мне больно. |