Онлайн книга «Психопатка»
|
— Никто из слуг почему-то не желает говорить о вереске со мной, – ворчит миссис Паундс, намазывая маслом толстый кусок хлеба. — О чем ты там бормочешь, дорогая? – вздыхает мистер Паундс, когда ему приносят почту на серебряном подносе. Сменив тактику, возможно, в попытке пробудить в муже эдакую защитную ярость, миссис Паундс заявляет: — Слуги назвали меня уродиной. Я слышала, как они шептались в галерее. — Чепуха, – бросает мистер Паундс, но то, как он хмурится, глядя на письмо в руках, выдает его с головой: он не слушает жену. В приступе возмущения миссис Паундс выдает приказ: «Слуги обязаны поворачиваться ко мне спиной, если я выгляжу не лучшим образом». Это распоряжение приводит к тому, что они отворачиваются от нее посреди лестниц и коридоров, поспешно встают лицом к стене, их тяжело нагруженные подносы дрожат, пока она проходит мимо. — Я отвратительна! – причитает она за завтраком, когда мистер Паундс уже отбыл по делам в город, оставив ее наедине со мной (и тремя слугами). Она изливает свою скорбь не мне, а собственной тарелке. — Это нелепо, миссис Паундс, – говорю я. – Вы весьма привлекательны. Миссис Паундс медленно поворачивает ко мне голову, одно ее веко опущено после недавнего апоплексического удара. — Вы ведь не всерьез, – тихо говорит она, сморщив губы в надежде. Я смотрю на нее, смотрю по-настоящему: на ее неровные ресницы, подрезанные ножницами в надежде, что они вырастут гуще; на брови, начерненные жженой гвоздикой; на радужки, помутневшие и потускневшие от капель белладонны, призванных отбелить белки и расширить зрачки; на волосы, щедро смазанные свиным салом. Нельзя отрицать – она и правда очень старается. — Любой мужчина счел бы за счастье назвать вас своей, – провозглашаю я. То ли от крушения неведомых мне ожиданий, то ли от стыда за собственную нужду во внимании, то ли от чего-то еще, но брови миссис Паундс уныло ползут вниз. — Вы неискренни, – шипит она. Она встает и яростно стряхивает с платья крошки и более крупные остатки завтрака. Кусочек сосиски размером с оспину приземляется мне на тарелку. Я проворно отправляю его в рот. Издалека доносится перезвон церковного колокола Грим-Уолдс, отбивающего четверти. Половина девятого. Слуги стягивают скатерть и убирают посуду под отлаженное хореографическое звяканье фарфора и лязг серебра. Щеткой для крошек смахивают мусор со стола и с моих колен. Осколок устричной раковины аккуратно вынимают из моих пальцев. ![]() Глава седьмая, в которой я делаю быструю оценку страха ![]() Из окна классной комнаты я наблюдаю за горничной и помощником садовника. В его присутствии она издает короткий, звенящий смешок, напоминающий звон чайной чашки о блюдце. Я частенько замечаю ее рядом с помощником садовника в течение дня: вот она приносит ему стакан воды и устрицу, оставшуюся от завтрака, вот выплескивает ведро с помоями под куст гортензии, вот их пальцы соприкасаются, когда он протягивает ей розовую розу из оранжереи. Однажды днем я вижу, как она плачет во дворе, а он пытается ее утихомирить, озираясь по сторонам, словно в поисках нежелательных свидетелей. Я кривлю лицо, пытаясь изобразить подобие ее горя. Слезы не приходят. Они никогда не приходили. Матушка уверяла, что показывала меня в младенчестве лондонскому доктору. Она боялась, что я не умею нормально дышать, наполовину мертва из-за того, что не плачу. Но плач так часто проистекает из страха. |
![Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-3.webp] Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-3.webp]](img/book_covers/140/140943/book-illustration-3.webp)
![Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-5.webp] Иллюстрация к книге — Психопатка [book-illustration-5.webp]](img/book_covers/140/140943/book-illustration-5.webp)