Онлайн книга «Призраки Мерри-Холла»
|
— Что за бедствие? – крикнули из зала. – Какой город? Скажи нам! Я приложила ладонь к уху, словно прислушиваясь к чему-то там, вверху, потом отрицательно покачала головой. Мне нельзя было давать точные ответы, я могла лишь сеять семена сомнений. И прежде, чем кто-то успел задать новый вопрос, Джек закрутил несколько фонарей за газовой тканью, создавая иллюзию того, что сияющие сферы вращаются и жужжат вокруг меня. Я делала вид, что ловлю и подбрасываю их. Казалось, я общаюсь с ними, а они шепчут мне свои сокровенные тайны. — Малышка Молли в безопасности, – вдруг заявила я, словно обнимая ладонями желтое сияние одного из шаров. Какая-то женщина вскрикнула и вцепилась в мужчину рядом. Я притворилась, будто держу другую сферу, внимательно всматриваясь в ее свечение, словно читала послание. — Сгорбленный старик бродит в садах запределья, – подняв голову, произнесла я, – он читает стихи и гимны. Ему не ведомы более страдания, он смеется и поет. — Наш Билл! – воскликнул кто-то. – Это он, старый Билл Каррутерс с мельницы. Другая сфера взмыла и замерла над моей головой, я подняла руки. Напрягла мышцы рук, чтобы публике казалось, будто я крепко держу сияющий шар, читая послание. — Эта сфера сообщила мне, что госпожа Браун пребывает в месте, где нет ни голода, ни жажды, – убежденно объявила я. По залу пробежал шепот: — Госпожа Браун… Госпожа Браун? Кто это? Госпожа Браун из Бодвика? Я ее не знаю. Никогда о такой не слышали. Внутри у меня все похолодело, я искала глазами мистера Уэнхема, но нигде не видела его в темноте. — Может, сфера говорит о госпоже Брун? – произнес какой-то мужчина. Все начали ахать и охать, а меня немного отпустило. — Госпожа Брун, несомненно, на небесах, – крикнула леди с заднего ряда. – Вот что говорит девушке-призраку эта сфера. Госпожа Брун на небесах, там, где ей и следует находиться, она была доброй христианкой. И мое представление продолжилось. Мистер Уэнхем был гением обмана: в перерывах между моими танцами и разговорами с таинственными сферами он рассказывал интригующие истории о моем прошлом. Причем говорил так убедительно, что я сама почти поверила в эти совершенно фантастические истории. Чем дальше, тем больше я погружалась в свою новую ипостась. Я превратилась в девушку-призрака, парила, представляя себя эфемерным существом, к которому с почтением обращаются те, кто ушел из этой жизни. Когда представление закончилось, на меня обрушился шквал аплодисментов. Кто-то бросил на сцену букет ромашек, кто-то сверкающую медную монету. Мы с воодушевлением громко спели национальный гимн. Страхи были напрасными. Как и предвидел мистер Уэнхем, тем вечером публика «Черного медведя», проникнувшись верой в мой истинный дар, приняла нас восторженно. А сам наставник, довольный моими стараниями, по завершении выступления поцеловал мне руку, закружил меня и сказал, что наше следующее выступление в «Черном медведе» будет еще грандиознее. Назвал меня чудом и надел мне на шею тонкую золотую цепочку. Я смотрела на пламя свечей, а затем, встретившись взглядом с мистером Уэнхемом, возжелала чуда еще большего. Я осмелилась мечтать о том, чтобы однажды душа моя соединилась с его душой. * * * Мы выступали в «Черном медведе», пока он не стал для нас вторым домом. И даже несколько поднадоел. Уверенность моя росла, представления становились все совершеннее и очаровательнее. Наконец, мистер Уэнхем решил, что мы готовы, и повез нас на гастроли. |