Онлайн книга «Призраки Мерри-Холла»
|
Ферн шла впереди. — Вот, – она показала на столетнее дерево. — Какие мы глупые. Хоть бы лопату с собой взяли, – я огляделась по сторонам. – Придется руками. Мы начали отрывать плющ от ствола, скрести мерзлую землю, отбрасывать камни, выдергивать сухостой. — Давай, Ферн, – подбадривала я дочь. – Быстрей. Получалось дольше, чем я рассчитывала, и у меня началась паника. Я лихорадочно думала: а вдруг придет полиция? Как объясняться, если нас поймают с этой шкатулкой викторианских драгоценностей? Я копала быстрее и быстрее, руки были в грязи, ногти поломались, кожа вокруг них кровоточила. — Думаю, достаточно глубоко, – сказала я наконец, озираясь. – Ферн, клади ее сюда. Ферн опустила шкатулку в яму. Я засыпала ее землей. — Покойся с миром, – пробормотала я. – Мне жаль, что твоя жизнь оборвалась так рано. Обещаю, я расскажу твою историю. Все, что мне удалось понять. – Ферн подняла на меня глаза. – Я опишу все, что с нами случилось, добавлю то, что мы знаем о Долли. Надеюсь, однажды кто-то прочтет это и узнает о ней. Где-то глубоко внутри я ощутила тепло. И осознала, что именно с этого момента мое творчество будет настоящим: писать по важной причине. И с надеждой. Я поднялась и взяла Ферн за руку. — Пора идти, попрощаемся с Мерри-Холлом и начнем строить нашу жизнь заново. 86 Долли Январь 2025 Я стою на опушке леса и смотрю на то, что осталось от Мерри-Холла. Солнечные лучи скользят по деревьям, сухая листва шелестит. Снег тает. Я скоро уйду. Здесь более нет для меня места, и мне следует этому радоваться. Прошлое мое похоронено, и однажды история моя оживет. Я знаю это. Женщина обо всем позаботится. В конце концов, она будет честна и верна себе. Все мы должны оставлять после себя наследие – правду о себе, – и теперь я вверяю это ей. Но печаль не оставляет меня, она выжжена на обугленных руинах здания. Она прорастет диким виноградом и вьюнком, что поползут по разрушенным стенам и расцветут меж изъеденных балок рухнувшей крыши. Он останется здесь, запертый в памяти о том, что случилось, пойманный в ловушку гнили и тлена. Будет эхом, которое ждет, что его позовут. Люди назовут это место гиблым. Запретят детям ходить сюда, скажут, чтобы те держались подальше от руин. Мать и дочь приехали попрощаться. Они стоят вдвоем, обнявшись, и смотрят на пепелище, и их воспоминания запечатлеваются в поврежденной кирпичной кладке. Я лечу к ним, осторожно касаясь обломков в эти последние мгновения – вспоминая, отпуская, забывая. Пространство содрогается от нашего присутствия, и внезапный могучий порыв ветра проносится сквозь руины, врезаясь в обгоревшую древесину. Одна из балок с грохотом падает на треснувшие каменные плиты пола. Девочка вскрикивает, и мать тянет ее назад. — Пойдем, – говорит она. – Здесь небезопасно. — Как всегда, – отвечает девочка. – Ты же знаешь. И вот, рука об руку, они поворачиваются спиной к Мерри-Холлу и бредут по талому снегу к машине. — Ты видела тот свет? – спрашивает девочка, когда они доходят до дерева, у которого припарковались. — Какой свет? Их голоса теперь звучат слабо, в них появилось что-то призрачное – суть иного мира. Мира, который я наконец покидаю. — Мы уходили, и там был яркий свет, прямо на том месте, где раньше находилась кухня, у синей ленты. Там, где он ее бросил. |