Онлайн книга «Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках»
|
— Уходи! — крикнул он Адаму, узнав его машину. — Они здесь! Ночное эхо разнесло его крик в ночи. Когда Адам вылезал из машины, на пороге дома, сзади Фефы, чёрной тенью возник Мареев и сразу два раза выстрелил ему в спину. Эхо дважды подхватило звук выстрелов и унесло в глубину тёмного сада. Силой удара двух зарядов Фефу вынесло вперёд, и он обрушился на дверцу машины Адама. — Прекратите! — раздался чей-то голос. Из кустов выбрался полковник Никифоров, машущий руками. — Прекратите, чёрт побери! — крикнул он ещё сильнее. Фефа повис на дверце машины, цепляясь пальцами за приоткрытое окно и прижавшись к нему щекой. Адам оторопело смотрел на него, потом нагнулся и попытался его приподнять, но Фефа выскользнул у него из рук и упал лицом к земле. Адам резко выпрямился, отчего Мареев, стоявший напротив него, испугался и снова открыл огонь на поражение, но Адам успел укрыться за капотом машины. Лобовое стекло его машины разлетелось на мелкие осколки. Вокруг Никифорова сгрудились сотрудники, ожидая приказа. — Не стрелять! — велел им полковник. — Прекратить самодеятельность… Это приказ! — крикнул он Марееву. Но Адам уже вынул оружие. В лице его не дрогнул ни один мускул. Из-за кузова машины он сделал предупреждающий выстрел в землю и, пригнувшись, на пару секунду исчез из поля зрения полицейских и Мареева. Майор бросился на землю, чтобы рассмотреть ноги Борейко, и послал наугад две пули в направлении машины. — Нет! Запрещаю! — снова закричал Никифоров, срывая голос. Одна пуля ушла в пустоту, другая попала в кузов. Припав к задней части машины, сидя на корточках, Адам выжидал. Неожиданно из недр памяти вырвалась похожая картинка двадцатилетней давности, как будто это было вчера. Он немного привстал и громко крикнул Марееву: — Целься лучше, стрелок! — он сделал паузу. — Это твоя последняя… Включённые фары немного слепили Мареева. Нервно зажав оружие в вытянутых руках, он целился в сторону, откуда донёсся голос и где, как он рассчитывал, прячется Борейко. Сотрудники, переглядываясь, окружили полковника, так и не получив приказа. Адам, набрав побольше воздуха, выскочил из-за машины и бросился к дому, полностью раскрывшись для стрельбы. Как он и предвидел, Мареев выстрелил. Последняя пуля майора прошла мимо, не задев Адама, но другого выстрела не последовало. Теперь была его очередь. Стоя во весь рост у стены дома, Адам спокойно смотрел, как майор поворачивается и целится в него своим беспощадным, но уже беспомощным оружием. Взгляд его был так же беспомощен. Догадывался ли он, что сейчас сделает Борейко? А может, он уже заранее согласился с этим? Но выстрела никто не услышал, и казалось, что ожидание длится целую вечность, как будто ночь дала природе приказ замереть навсегда. Адам бросился на Мареева, с разбега толкнул его, и тот неуклюже повалился на землю, но Адам рывком поднял его, и их лица оказались так близко друг к другу, что дым их взаимной ненависти смешался и закурился над их головами. Никифоров и его люди по-прежнему не вмешивались, потому что, приставив дуло пистолета к затылку майора, Борейко крикнул им: — Я увожу его с собой, дайте мне уйти. Ответом ему было молчание, и, к счастью, никто не заметил огонёк торжества, вспыхнувший в глазах полковника. |