Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 56 – Екатерина Алешина

— Не поможет от хвори моей никакое пламя, волхв. Если б все было так просто…

— А ты прыгни, попробуй. А потом сама посмотришь. Полегчает, не сомневайся.

Радосвета тяжело вздохнула. Посмотрела, как пламя пляшет на ветру. Ее вздох отозвался тупой ноющей болью в груди. Что ей делать здесь без своих лекарств? Как унимать мучительную боль?

— Ладно. Была не была. Все равно терять мне уже нечего, – молвила Радосвета.

Встала с бревна, выдохнула, подхватила подол платья. Разбежалась перед костром и перепрыгнула пламя. Только, очутившись по другую сторону огня, не удержалась на ногах и оступилась, чуть не упав.

Однако упасть ей не позволил ясноглазый молодец, так вовремя очутившись рядом и придержав под руку. Люди возликовали, радостно загомонили, хлопая в ладоши.

— Видишь, получилось ведь прыгнуть. А ты боялась, – промолвил он негромко, и девица в ответ робко улыбнулась. – Меня Божедар зовут. А ты, значит, Радосвета?

Она кивнула в ответ. К ним подошел Ведагор.

— Что ж, девица. С очищением тебя от хворей и всего дурного и неладного. – Он легонько коснулся ее плеча. – Зря ты прыгать страшилась. Теперь все будет ладно. И хвори тебя покинут.

От его слов в глубине души Радосветы будто дрогнула струна. Горько, больно, тоскливо. «Если бы все было так просто!» – вновь помыслила она. В ответ постаралась улыбнуться. Нечего знать чужим людям, что она почти при смерти.

— Ешь, пей, веселись, Радосвета, а как заря займется, пойдем с тобой до дома, – сказал ей Ведагор.

— А я сейчас могу уйти? – спросила Радосвета.

Волхв удивился.

— Сейчас? Ты желаешь покинуть празднества Купалы?

В ответ девица кивнула.

— Не серчайте, люди добрые, но я не в настроении для веселья. За близких у меня душа болит, что на Земле остались: как они там? Искать ведь будут меня, покоя не находить. А я тут веселиться стану? Нет, не могу так.

Ведагор вздохнул.

— Как знаешь, Радосвета. Воля твоя.

— Я провожу ее, – вызвался тот самый молодец, что Божедаром назвался.

— И ученики мои пойдут с вами, Миролюб и Доброслав, – велел волхв, и двое молодцев подошли к Радосвете.

Божедар заметно сник.

— Идем, красавица, – позвал ее Доброслав и поманил к лодке, что стояла привязанной к деревянному мостку.

— Не бойся, тебя проводят, избу покажут и пальцем не тронут, – шепотом пообещал ей волхв.

— Спасибо. Спасибо вам! – поблагодарила его Радосвета.

* * *

В Озерске князя Драгомира и его верную дружину встретили щедрым пиром, накрытым в просторной гриднице, но невесту Белояру в тот день не показали. Мать девицы не пожелала, чтобы дочь явилась в гридницу на обозрение всем мужчинам.

Зато на следующий день Белояра пригласили в горницу, где и ожидались смотрины невесты. С Белояром сидели Драгомир и Светозар с Изяславом.

На столе с белой накрахмаленной скатертью сверкал пузатый самовар. Пахло травяным сбором и свежей сдобой. Хозяйка дома – красивая, статная женщина – заметно волновалась, но виду старалась не подавать, ловко управляя слугами.

— Я попросила Злату уважить дорогих гостей и принести вам каравай с солью, – пояснила жена Мирослава и ненадолго покинула горницу.

Прошло совсем немного времени, и слуги отворили двери, впуская сначала хозяйку дома, а уже за ней – и саму Злату с караваем на рушнике.

— Злата, подай нашим гостям хлеб-соль, – молвила женщина дочери.