Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 34 – Екатерина Алешина

— Кто это? – воскликнула девица, заозиралась по сторонам: никого.

Новый треск грома не смог заглушить громкий рев неведомого зверя. Радосвета испугалась, и поле накрыла огромная тень. Воздела девица к небу глаза и вскрикнула от изумления: высоко в небе над ней пролетел огромный крылатый зверь. Полыхнула молния, на миг ослепив ведунью.

Радосвета открыла глаза. Стены родного дома – и никакого макового поля. И крылатого нечто в небе. Кто это был? Неужели дракон? «Приснится же, – усмехнулась ведунья. – До чего странно: как только я заболела, мне стали видеться такие дивные сны!»

Ее снова обуяла тоска, и, чтобы в голову не лезли глупые мысли, Радосвета заняла себя пошивом нового платья. Бабушка Руслана всегда ее поучала: «Не будет скуки, коли заняты руки», – и теперь девица точно знала, что труд прогоняет не только скуку, но и тоску. Шила она умело и на совесть, как бабушка научила когда-то очень давно. Когда платье это задумалось ею, Радосвета еще не ведала о том, что недуг ее смертелен. Потом она не могла смотреть на эту ткань, думая о том, что никаких уж нарядов ей теперь не надобно. А потом все же решила: дошьет. Непременно дошьет! И вышивку народную добавит по рукавам, подолу и горловине. Пусть будет это платье. Пусть.

* * *

До Изворска было около двух дней пути, и князь вместе со своим войском остановился на новый привал. Споро расположились на берегу узенькой речушки, и мужчины разделили дела: кто-то стряпал нехитрый походный ужин, а кто-то ставил навесы для ночлега. Драгомир не раз подмечал, как задумчиво на него поглядывают то воевода, то старшие дружинники.

— Скажи-ка мне, брат мой, ничего ли не случалось у тебя за последнее время? – тихо спросил у князя Белояр, улучив момент, когда рядом с Драгомиром никто не стоял, кроме самых близких бояр.

Светозар переглянулся с Белояром, будто согласился со сказанным.

— Отчего же вопросы такие? – попытался искренне изумиться Драгомир.

— Оттого, братец, что во сне ты молвишь вещи любопытные, – ответил Белояр.

— Похожие на слова из старой, забытой ныне зовущей песни полозов, – добавил Светозар.

Руки князя стиснули поводья. Значит, ему не просто приснилось…

— Что с тобой творится, Драгомир? – вопросил Изяслав. – Уж нам-то можно довериться, мы с детства прошли плечом к плечу и огонь, и воду.

Драгомир тяжело вздохнул, раздумывая. Этим трем молодцам он доверял как самому себе. И в самом деле, отчего бы не сказать? И Драгомир все рассказал как есть: о невесте своей нежданной, о снах, о видениях в зерцале. Утаил только то, что не может отринуть мысли о ней и не вспоминать ее не может.

— Значит, ты решил, что невеста твоя на Земле останется? – переспросил Белояр. – Не придется ли жалеть?

— Забрать хворую невесту, которую знать не знаю и видел один раз, чтобы наблюдать, как она будет гаснуть день ото дня в ожидании смерти? Ну уж нет! Я не жалею о своем решении. И не пожалею, – возразил князь.

«Хватит уже с меня смертей», – додумал уже про себя.

— Воля твоя, Драгомир. – Изяслав развел руками. – Только вот что ты поделаешь с зовущей песнью, слова которой во сне произносишь? Давно уже не звучало песен этих на землях златославских, да только помнят все рассказы пращуров, что когда-то песнь эта девицу приманивала, тянуло ее на голос полоза, что пел для нее, и шла она прямиком к нему.