Книга Сладкая тьма, страница 97 – Эмма Хамм

В его голове все смешалось, все стало неправильно теперь, когда он узнал ее. Он выпалил первую попавшуюся мысль:

— А моя жена никогда не видела тел, которые в лесу оставляем мы. Не видела, как мы вешаем их на деревьях, содрав кожу, чтобы она была похожа на крылья. Как считаешь, она тоже нас возненавидит, если узнает?

У Гуннара отвисла челюсть, а потом он ее громко захлопнул.

— Ты сам себя слышишь? Мы отплачиваем им за их поступки.

И все же…

И все же.

Рагнар отвернулся от брата. Мысли спотыкались обо все правильное и неправильное. И где-то в глубине души он знал, что сказал все верно. Он только не знал, как теперь с этим жить.

Рынок в такие дни был просто чудесен. Майя привыкла к человеческим рынкам, в тех была своя прелесть. Деревня возле замка была полна торговцев в любой день недели. Но у них, как правило, были знакомые ей продукты, которые она могла себе позволить.

Ей нравилось ходить в город и охотиться за самым свежим хлебом, который получалось найти. Печь у нее времени чаще всего не было, все силы отнимал сад. По этим походам она тоже немного скучала.

Рынок троллей был другим – главным образом потому, что вокруг было столько зелени. Казалось, каждый пытался продать что-то живое – будь то цветы, зеленые огромные плоды на длинных стеблях или горы листьев с ее голову размером.

Она скучала по растениям. Ничто ее так не радовало, как закопаться по запястье в землю, убедить семена расти лучше, выдрать сорняки, вскопать землю. Да, конечно, от ее цветов не было никакой пользы, кроме красоты. А здесь это была еда или травы. От некоторых из них прямо веяло целебными свойствами. Некоторые из них стали бы жечь, приложи она их к открытой ране, но уговорили бы кожу заживать быстрее. В некоторых даже чувствовалось немного магии, но в основном это были перевязанные нитью корни.

Тролли были очень добры и вежливы друг к другу. Никто не кричал и не звал посмотреть на свои товары. Они просто были там, ждали, пока кто-то подойдет. Гораздо более приятный метод общения с покупателями, пусть и такой непривычный.

Вот уже третий день Майя бродила по рынку с корзинкой, полной хлеба. Наверное, можно было спросить Рагнара, стоит ли ей начать его продавать, но он ничего не говорил о ее закупке ингредиентов и бесплатной раздаче хлеба. И, в конце концов, им нужна была помощь.

Многие тролли уже привели дома в порядок и вернулись к торговле, но другим было тяжелее оправиться от удара. Майя то и дело проходила мимо домов, напоминающих гору обломков, и ее сердце болезненно сжималось.

Она прошла мимо тролля с забинтованной головой, до сих пор не оправившегося, потому что Рагнар не смог вылечить его после трагедии в королевстве. К нему она и повернулась, с теплой улыбкой доставая хлеб из корзинки.

— Держи. Я знаю, этого мало, и это не залечит твою голову, но всем нужно есть.

Тролль посмотрел на нее так, словно она вылезла из тени. Его глаза распахнулись, будто в ужасе, и он поспешно пошел прочь.

Она что, сказала что-то не так? Может, у них было грубостью указывать на ранение. К следующему надо будет подойти потише, не с таким напором.

Так что она направилась к другой раненой женщине. Она тяжело опиралась на трость и морщилась при каждом шаге.

Майя подошла к ней, привлекла внимание издалека, указала на корзинку.