Книга Сладкая тьма, страница 47 – Эмма Хамм

— Ты готов быть моим мужем? Серьезно?

Он вздохнул:

— Я редко отказываюсь от своих слов, но да. Ты была рождена для меня, огонек. И я тебя себе оставлю.

Майя осталась сидеть на том же месте – смотреть, как он строит им временный лагерь для ночевки. После их разговора Рагнар отказался нести ее обратно к своим, но она и не торопилась. Все еще чувствовала, как их когти скребут по ее спине, как легко вспарывают ее кожу. Словно в тот раз, когда она порезалась о самый острый из отцовских ножей. Не горела желанием повторять. Пусть тролли остынут. Может, через несколько дней они передумают ее убивать.

Хотя их злость была понятна. Она бы тоже была зла, если бы узнала, что тролли обдурили ее народ.

Сжавшись в комок, она наблюдала за каждым действием Рагнара. Он быстро собрал круг из камней, не из кристаллов. И все время не сводил с нее глаз. Непонятно, то ли думал, что она сбежит, то ли просто волновался. Хотелось возмутиться в ответ на второй вариант. Майя всегда могла о себе позаботиться.

Но она заметно истекала кровью. Пропитавшаяся рубашка липла к телу. Запястье ужасно болело. И ладонь, там, где ей пустила кровь ведьма. Вообще все болело до самой макушки.

Так что она осталась на месте. Помощь не предлагала, да особо и не хотела. Рагнар старательно развел костер, потом ушел. Вернулся с охапкой листьев, и еще несколько раз, пока у него не набралась внушительная куча. Вероятно, чтобы спать. Не самая комфортная постель в ее жизни, но на ночь хватит. Хотелось надеяться, что они потом вернутся, а не останутся здесь… навсегда.

Эта мысль ее ужаснула. Кровь отлила от лица, когда он вернулся с кроликом и достал из кармана нож. По крайней мере, на этот раз он сел рядом с ней и принялся свежевать бедную пушистую тушку, убитую, чтобы Майя смогла поесть.

— Тут остаемся? – спросила она.

— Да.

— Насовсем?

Он нахмурился, глядя на нее:

— Нет, не насовсем.

К собственному стыду, Майя чуть расслабилась:

— О, это хорошо.

Он перестал свежевать зверька и указал на нее окровавленным ножом:

— Ты что, думала, мы не вернемся к остальным?

Ну, вслух это звучало немного глупо. Поерзав и спрятав пальцы ног в грязь, она пожала плечами:

— Ну я же не знаю, какой там у тебя план. Ты мне ни о чем не рассказываешь. А я только помню, что несколько часов назад меня хотели убить. Я остаюсь не тем человеком, которого они ожидали. Вряд ли с этим легко смириться.

— Нелегко, – пробормотал он. Нож быстро расправился с кроликом, и скоро Рагнар уже насаживал мясо на палку. – Я разберусь. Они злопамятны, но примут тебя, если я попрошу.

— Потому что ты… – Она не могла подобрать слова. – Ну, знать у вас вряд ли есть. Или есть? Наверняка есть. Раз есть король, то и другие будут. Наверное, кого-то вроде тебя мы бы назвали герцогом. Или эрлом?

Ее немного понесло. Но попытки разложить происходящее по полочкам немного помогали придержать зреющую в сердце паническую атаку.

А этот проклятый тролль просто сидел и смотрел на нее. Потом медленно протянул руку и поставил мясо на огонь.

— У нас не так это устроено. Знать, как ты это называешь, определяется поступками, а не кровным родством. Мы не раздаем уважение так просто.

— Вот как, – выдохнула она. – Мне нравится.

Его губы дрогнули в намеке на улыбку, и он отвернулся к огню.