Книга Сообщница Злодея, страница 199 – Ханна Николь Мерер

— Стой! – воскликнул Тристан, но замер, когда Бенедикт достал из кармана цветок памяти – новый, с распустившимися переливчатыми лепестками. – Что происходит?

Вспыхнул яркий свет, и Тристан рухнул на пол, хватаясь за живот. Острая боль разлилась по телу, подавив все чувства. Казалось, сама кровь в жилах горит.

— Прекрати! Что ты делаешь? – закричала Эви. – Тебе нужна лягушка!

Тристан, превозмогая боль, пополз на руках и коленях на звук её голоса.

— Не волнуйтесь, миз Сэйдж! Всё во имя спасения Реннедона. Двадцать четыре года назад, в этот самый день, была совершена ошибка, и пора мне её исправить.

Свет погас, и Тристан со стоном обмяк на полу. Голоса вокруг звучали приглушённо, его тело было лишено магии и не подчинялось контролю.

Дверь офиса распахнулась, и Нура Сэйдж бросилась вперёд, закрывая собой дочь.

— Не тронь её, Бенедикт!

— Нура… – цыкнул Бенедикт. – Тебе не кажется, что пора прекратить эти шарады и позволить твоей дочери жить в том будущем, которое вы с Гриффином у неё отняли?

Нура покачала головой, её кудри, так похожие на волосы Эви, качнулись в такт.

— Нет. Нет. Ты дал клятву, когда она родилась. Ты обещал мне!

Бенедикт направил цветок на Нуру, и из него излилась магия Тристана, его туман, направляемый его злейшим врагом.

— Ты пожалеешь об этом, Бенедикт. Тебе не победить, – прохрипел Тристан.

Бенедикт снова цыкнул.

— Не мешай ей, Нура. Слишком долго это проклятие нёс другой человек.

Тьма коснулась лодыжек Эви, и она вскрикнула.

— Что происходит?

Тристан пошатнулся, поднялся на ноги, снова упал, но не остановился. Он не остановится, пока не доберётся до неё.

— Эви!

Бенедикт хлопнул в ладоши.

— Всё во имя пророчества, Тристан.

— Но ты ошибаешься. Сердце истинного принца только что ускакало от тебя, – сквозь зубы выдавил он.

Александр сбежал, Эви поглощала его сила, а враг побеждал. Он ещё никогда не чувствовал себя таким несчастным, таким униженным.

Глаза Бенедикта горели диким огнём.

— Он мне не нужен.

Тристан моргнул, потирая грудь.

— О чём ты?

— Сердце истинного принца прямо здесь, в этой комнате.

И он указал.

На Тристана.

У Эви звенело в ушах, её трясло от открывшейся правды, низ затопил жар, и она не могла шевельнуть ногой, будто приросла к месту.

— Как… Почему? Почему твоя магия делает это?

Бенедикт поставил растение на место, и сила хлынула быстрее, острыми, режущими волнами.

— Ваш отец был моим другом, миз Сэйдж. Я никогда не желал, чтобы его дочь стала моим врагом, но Судьбу не обманешь. Пророчество видит сквозь ложь. К сожалению. Почти тридцать лет назад я встретил Амару. Она была амбициозна и красива, но я никогда не собирался ни жениться, ни заводить с ней детей. Мои планы простираются дальше пределов смертной жизни, и Амара знала об этом, когда забеременела. Я велел ей избавиться от ребенка, но вместо этого мы пришли к соглашению.

Бенедикт усмехнулся, и Эви впервые заметила в его лице нечто, чего раньше не видела.

Едва заметную ямочку. Всего на одной щеке.

— Я разрешил ей оставить ребенка при условии, что я смогу свободно использовать его, когда потребуется. Когда шесть лет спустя родилась ты, Гриффин пришел умолять меня о помощи, рассказав, что обнаружил специалист по магии, и я пообещал ему это исправить. – Бенедикт сочувственно склонил голову. – Он лишь хотел спасти тебя от злодейства.