Книга Хозяйка пансиона на Вязовой улице, страница 42 – Лина Грин

— Кто забирал письма?

— Мистер Пембертон — ответила Клара, опустив голову. Мне говорили только, что я должна быть терпеливой и никому не показывать их. Однажды он забрал письмо и сказал, что больше ничего приходить не будет. Но потом письма снова появились.

— Клара, послушай меня. Я не знаю, кто тебе пишет и почему взрослые решили скрыть от тебя некоторые сведения. Но если кто-то попросит тебя хранить тайну, которая может причинить тебе вред, ты можешь обратиться ко мне.

Клара долго смотрела на неё, словно проверяла, можно ли доверять этим словам.

— Я не хочу уезжать из пансиона, — наконец произнесла она.

— Я не собираюсь тебя отправлять.

— Даже если узнаете, кто я? — Вопрос прозвучал так тихо, что Элеонор едва его расслышала.

Она не стала обещать того, в чём пока не могла быть уверена. Не знала, какие обстоятельства скрывались за старой записью, кто оплачивал содержание Клары и почему её имя оказалось отделено от остальных воспитанниц.

— Я не стану принимать решение о твоей судьбе, не поговорив с тобой, — ответила она. — Этого я могу тебе обещать.

Вечером, когда девочки уже разошлись по комнатам, Элеонор вернулась в свой кабинет. На пороге стояла миссис Хадсон.

— Мисс Блейк, я хотела сказать вам кое-что о Кларе. Но не знаю, имею ли право. — экономка вошла и прикрыла дверь. — Когда прежняя хозяйка была ещё жива, однажды к ней приезжал джентльмен. Он не представился мне, но я запомнила его фамилию. Уитмор.

— Александр Уитмор? — Элеонор медленно подняла глаза.

— Нет. Того человека я видела только однажды. Он был старше мистера Александра, и прежняя хозяйка после его визита долго не выходила из кабинета.

Миссис Хадсон замолчала, а затем добавила:

— На следующий день она велела мне никогда не говорить Кларе, что этот джентльмен приезжал.

Элеонор почувствовала, как несколько разрозненных деталей складываются в вопрос, на который пока не было ответа.

Фамилия Уитмор. Тайная запись. Отдельные выплаты. Письма без обратного адреса. И девочка, которой с детства внушали, что о её прошлом лучше молчать.

Она не стала делать выводов. Одно совпадение ещё ничего не доказывало, а поспешное расследование могло навредить Кларе сильнее, чем незнание. Здесь хранили чью-то тайну, и, судя по тому, сколько усилий потратили на её сокрытие, она была важна не только для Клары.

Дождь начался среди ночи и к утру превратил двор пансиона в раскисшее месиво. Вода стекала с крыши широкими потоками, попадала в водосточную трубу, а затем переливалась через край прямо у заднего крыльца. В комнате младших девочек на потолке проступило новое тёмное пятно.

Элеонор обнаружила его, когда пришла проверить, не промокли ли постели.

— Вчера здесь ничего не было, — сказала Эмма, стоявшая у кровати с одеялом в руках. — Я заметила только утром.

— Вы правильно сделали, что сразу позвали миссис Хадсон.

Элеонор провела ладонью по влажной штукатурке. Повреждение оказалось серьёзнее, чем она предполагала: вода уже добралась до деревянной балки. Если дождь не прекратится, потолок мог обрушиться.

— Сегодня вы будете заниматься в большой классной комнате, — решила она. — Мисс Мортон перенесёт туда уроки, а ваши вещи мы пока переставим.

— А кровати? — спросила Агнес.

— Их тоже перенесём. Никто не будет спать под этой крышей, пока её не починят.