Книга Имя демона, страница 34 – Эйрин Фаррон

— Почему ты сделал это? – спросила девушка.

— Он замерз и был голоден. Я не мог его так оставить.

Но тут Кьяра не выдержала.

— Послушай, Кассиан, ты – демон! Не обижайся, ничего личного, но твои собратья никогда не вытащат из реки кота и никогда не накормят бездомного. Но ты же помогаешь всем, кто в этом нуждается, не раздумывая. Почему?

Кассиан вздохнул, и впервые показался охотнице раздраженным.

— Я не знаю, какой ответ тебя устроит. Просто я не могу пройти мимо.

Он подошел к краю тротуара, чтобы поймать такси, но машин рядом видно не было. Скоро солнце начнет клониться к закату, а Париж зажжет свои янтарные фонари. В лужах на мокром после недавнего дождя асфальте дрожали золотистые отражения витрин, редкие машины лениво проплывали мимо, а над крышами домов сгущались серые облака. Влажная мостовая отражала огни витрин и фонарей так четко, словно под ногами лежало темное зеркало, а где-то далеко, почти неразличимо, звонили колокола одной из многочисленных церквей.

— Даже если перед тобой человек?

— Конечно.

— Даже если он тебя ненавидит?

— Да.

— Даже если это охотник?

Кассиан посмотрел на нее и вдруг улыбнулся, словно не она устроила ему допрос с пристрастием.

— Особенно если этот охотник вчера пытался меня убить.

Девушка махнула рукой.

— С тобой просто невозможно… ничего… Ай да ну тебя.

Они рассмеялись, но смех быстро растворился в прохладе дня. Слишком много опасностей нависло над ними. Кьяра, посерьезнев, посмотрела на демона и сказала:

— Кассиан…

— М?

— А когда впервые появилось чувство, что ты связан с Парижем?

— Не так давно, – ответил демон, – может, с год назад. До этого я здесь не бывал, жил в основном в Нормандии, как я уже говорил. Не могу сказать сколько, просто мои последние, еще не стершиеся воспоминания, они о Нормандии. Знаешь, там меня однажды приютил священник. Не в церкви, в своем доме. Не помню, что именно случилось, кажется, я столкнулся с кем-то.

Он вдруг коснулся живота, будто там зудела старая рана, а потом продолжил:

— Так вот, он помог мне, дал безопасный кров, чтобы я мог залечить свои увечья. Он знал, что я демон, а когда я спросил у него, почему он не изгнал меня, его ответ был прост: «Если Господу было угодно, чтобы ты пришел ко мне живым, кто я такой, чтобы убивать тебя?». Я был потрясен его добротой и этим объяснением. Кьяра, я хочу сохранить этот эпизод в памяти, пока он совсем не истерся. И для этого я должен найти свое имя.

Не глядя на Кьяру, он остановился у края тротуара и махнул рукой проезжающему мимо канареечно-желтому такси. Машина, помигав поворотником, подъехала к бордюру и остановилась.

— А вот и наша карета, – пошутил Вейл.

Кьяра молча кивнула. Когда боковое стекло автомобиля опустилось, Кассиан спросил у водителя, француза средних лет с седыми висками:

— До Пер-Лашез отвезете?

— Конечно. Садитесь, – водитель кивнул на пассажирские места.

Кассиан открыл дверь и жестом пригласил Кьяру забраться в салон. Девушка не стала медлить. По дороге Кьяра смотрела в окно, мимо проплывали улицы Парижа, ближе к вечеру заполнявшиеся прохожими. Движение на дорогах тоже становилось плотнее, город словно оживал после серого и дремотного осеннего дня. За стеклом мелькали старые балконы с коваными перилами, каштаны, уже потерявшие почти всю листву, маленькие винные лавки, книжные магазины и бесконечные кафе, за окнами которых можно было различить лишь контуры посетителей. Кьяра поймала себя на мысли, что время в Париже будто текло иначе – медленно, размеренно, без спешки.