Книга Я не толстая, я — магиня!, страница 56 – Татьяна Лив

И Доминик понял: он никогда в жизни не был так счастлив.

Триста лет одиночества закончились.

Началась новая жизнь.

С ней.

Навсегда.

Марина проснулась от того, что солнце било прямо в лицо.

Потянулась — и наткнулась на что-то твёрдое и тёплое.

Открыла глаза.

Доминик лежал рядом, всё ещё поверх одеяла, но обнимал её. Спал. Лицо расслабленное, волосы растрепались.

Марина замерла, не желая будить его.

Она никогда не видела его спящим. Всегда — собранный, контролирующий каждую эмоцию, каждый жест. А сейчас он выглядел... мирным. Молодым.

Красивым.

Марина осторожно провела пальцем по его щеке.

Доминик шевельнулся. Золотые глаза открылись, сфокусировались на ней.

— Доброе утро, — прохрипел он сонным голосом.

— Доброе, — Марина улыбнулась. — Ты не ушёл.

— Обещал же остаться.

— Всю ночь на одеяле? Тебе же неудобно было.

— Мне было прекрасно, — Доминик притянул её ближе, уткнулся носом в её волосы. — Ты рядом. Это главное.

Они лежали так несколько минут, просто обнявшись.

— Доминик?

— Мм?

— Спасибо. За всё. За то, что нашёл улики. За то, что защищал. За то, что остался.

— Я всегда буду рядом, — он поцеловал её. — Что бы ни случилось.

Марина подняла голову, посмотрела ему в глаза.

— Обещаешь?

— Клянусь.

Они поцеловались. Медленно, нежно.

Марина чувствовала, как внутри разливается тепло. Не страсть — нечто большее. Уверенность. Спокойствие. Знание, что она дома.

Когда они оторвались друг от друга, Доминик улыбался.

— Голодна?

— Очень.

— Тогда пойдём. Я приготовлю завтрак.

— Ты? — Марина приподняла бровь. — Уверен?

— Ты же меня учила. Омлет я уже освоил, — Доминик встал, протянул руку.

Марина приняла её, поднялась.

Они спустились на кухню. Доминик засучил рукава, начал доставать продукты.

Марина села за стол, наблюдая.

Он работал сосредоточенно. Разбивал яйца — аккуратно, без брызг. Взбивал — ровными движениями. Наливал на сковороду.

— Ты хорошо справляешься, — заметила Марина.

— Практиковался, — Доминик подмигнул. — Дома. Повара думали, я сошёл с ума, когда начал сам готовить.

— И что ты им сказал?

— Что учусь для важного человека.

Марина почувствовала, как краснеют щёки.

Омлет получился почти идеальным. Немного подгорел по краям, но в целом — съедобно.

Доминик торжественно выложил его на тарелки.

— Прошу.

Марина попробовала.

— Вкусно! Правда!

— Не льстишь?

— Нет. Ты научился.

Доминик сиял от гордости.

Они ели, разговаривали о мелочах. О погоде, о саде, о том, что Пепел опять украл у Доминика кусок сыра.

Обыденные вещи. Но такие важные.

После завтрака Марина вышла в сад. Доминик пошёл следом.

Она остановилась у грядки с овощами, присела, провела рукой по земле.

— Знаешь, я думала вчера. На суде, когда всё могло рухнуть, я поняла — этот дом значит для меня больше, чем просто крыша над головой.

— Что он значит?

— Свободу. Доказательство, что я могу. Что я не бесполезная, как говорил Игорь. Что я сильная.

Доминик присел рядом.

— Ты самая сильная женщина, которую я встречал.

— Не чувствую себя сильной. Иногда всё ещё боюсь. Что проснусь, и это окажется сном. Что я снова в той квартире. Что тебя нет.

Доминик взял её руку.

— Это не сон. Я здесь. И никуда не денусь.

Марина сжала его пальцы.

— Иногда мне страшно, что я недостаточно хороша для тебя. Ты — лорд, дракон, один из семи Повелителей. А я...