Книга Письмо для тебя, страница 3 – Avero Stories

Но утром встала раньше обычного и пошла на набережную.

Было темно ещё — декабрь начинался, дни короткие. Фонари горели. Море было спокойным, серо-синим. Чайки — несколько, кружили над водой.

Лиза стояла у парапета и смотрела.

Ничего особенного не произошло. Море было как море. Но что-то в ней — что-то напряжённое, что она не замечала, потому что привыкла — чуть отпустило.

Она стояла двадцать минут.

Потом пошла домой. Сварила кофе. Думала о письме.

Кто его написал? Кто знает её имя и адрес? Кто знает, что она приехала в Ветрово?

Тётя Рая. Мама. Саша. Коллеги — но они общались по почте, не по-настоящему.

Никто из них не писал бы такого письма. Это было очевидно.

Лиза достала письмо и перечитала.

«Сегодня остановись и посмотри на море.»

Просто. Никаких «надеюсь, ты в порядке», никаких «привет, это я». Просто — совет. Или указание. Или — что-то ещё, чему она не знала названия.

«Когда будешь готова жить.»

Это кольнуло — неожиданно, остро.

Она ещё не готова? Или — уже готовится?

Она убрала письмо в ящик стола. Но думала о нём весь день.

Второе письмо — через неделю, снова пятница.

На этот раз Лиза ждала. Не признаваясь себе в этом — просто вечером в четверг несколько раз прошла мимо почтового ящика. Утром в пятницу первым делом спустилась вниз.

Конверт был там.

Она открыла у ящика, прямо в холодном подъезде.

Один лист. Одна строчка:

«Ты снова стараешься понравиться всем.»

Лиза стояла неподвижно.

Это было... точно. До неловкости точно. Накануне она два часа переписывала пост для издательства — не потому что он был плохим, а потому что думала: а вдруг редактор не одобрит, а вдруг подписчики не оценят, а вдруг... Она переписала семь раз. Семь. Ради поста в Instagram.

И вчера — Саша написала: «Может, приедешь на Новый год? Будет компания, познакомлю с одним человеком». Лиза ответила «возможно» — потому что не умела отказывать прямо, не умела говорить «нет хочу», она всегда добавляла «но», «возможно», «посмотрим».

Откуда этот человек знает?

Она выдохнула. Пар в холодном подъезде.

Поднялась к себе. Поставила чайник. Сидела за столом и смотрела на письмо.

«Ты снова стараешься понравиться всем.»

Это не было обвинением. В этом не было злости. Это было — наблюдением. Точным, неудобным, настоящим.

Она достала первое письмо, положила рядом.

Два письма от незнакомца, который знает её имя, её адрес и — каким-то образом — её.

Это должно было пугать.

Но почему-то — не пугало.

В декабре Лиза начала замечать Ветрово по-другому.

Раньше — просто фон. Улицы, куда она выходила и возвращалась. Теперь — люди.

Владелец булочной «Бублик» на углу — толстый, весёлый мужчина лет пятидесяти, который знал всех по имени. Лизу он запомнил со второго визита: «Вам как обычно? Круассан?» Она каждый раз брала круассан — он запомнил.

Женщина из книжного магазина «Страница» — маленького, с тремя рядами полок и кошкой, которая спала на прилавке. Женщину звали Нина Васильевна, ей было лет шестьдесят, и она знала про каждую книгу в магазине — не просто содержание, а что-то большее.

— Вам для удовольствия или для мысли? — спросила она Лизу в первый раз.

— Не знаю пока.

— Тогда вот. — Она протянула тонкую книгу в синей обложке. — Рустам Назаров, стихи. Он отсюда, из Ветрово. Когда не знаешь, что хочешь — стихи помогают.