Книга Пышка (с молотком) с прицепом, страница 25 – Мари Александер, Маша Санина

Мила смотрела на меня, а ручкой тыкала в сторону ворот, туда, куда ушёл Павел. На детском личике было столько надежды. Получалось, что не только Вике, но и нашей молчаливой Миле понравился Павел, раз она уже поженила нас и приняла его как родителя. Жаль было разочаровывать ребёнка. Но я была уверена, что Павел уже не вернётся. Даже если его намеренья на счёт меня были серьёзными, то уж становиться в одночасье многодетным отцом, он точно не планировал.

Не успела я ответить ей, как Матвей закричал.

— Нет, у нас есть папа! Он найдётся!

Теперь мне стало понятно, почему Матвей с такой неприязнью отнёсся к Павлу. Мой племянник всё ещё верил, что их папа найдётся. Матвей был старшим и лучше других помнил отца.

Сейчас его слова разрывали мне сердце, но я не знала что сказать. До этого я пыталась как-то намекнуть, что папа может не вернуться. А Матвей продолжал верить и ждать. И кажется сейчас настал момент, сказать им правду. Молчание затянулось, а я всё никак не могла решиться, и тут случилось то, чего я не могла и предположить.

Вдруг раздался мужской голос из темноты.

— Тогда у вас будет и папа и я, считай два папы, ‒ сказал Павел, подходя к нам. ‒ Потому что теперь Катюша вам, как мама, а мужем Катюши буду я. Матвей ты уже взрослый, и нам придётся найти общий язык. Катюша у нас одна.

Я не верила своим глазам. Он вернулся?!

Пока я осмысливала происходящее, Вика и Мила, а вслед за ними и Тёмка бросились обнимать Павла. Они что-то наперебой говорили, но я не могла разобрать и слова в этом гомоне детских голосов.

Но их всех перекричал Матвей.

— Предатели! ‒ выкрикнул старший брат и побежал в дом.

— Матвей! ‒ хотела я пойти за ним.

— Я сам поговорю с ним, ‒ остановил меня Павел. ‒ Это мужской разговор.

На одной руке Павла сидел Тёмка, Вика и Мила стояли тут же рядом. Но я не успела пройти мимо них. Павел поймал меня рукой за талию и отдал Тёмку, сказав.

— Начинай читать следующую сказку, а я поговорю с ним, и мы присоединимся к вам.

— Паша, ты не знаешь, ‒ тихо сказала я. ‒ Их отец…

— Уже знаю. Мне отец сказал, ‒ ответил он и поцеловал меня в висок, успокаивая. ‒ И я знаю, что бы ему кто не сказал, он всё равно будет надеяться.

По голосу и выражению лица Павла я поняла, что он знает, о чём говорит. Поэтому я не стала спорить. Он ушёл вслед за Матвеем, а я с девочками и Тёмкой осталась на веранде.

Мне должно было быть совестно за то, что я приложила ответственный и тяжёлой разговор на Павла. Со стороны это могло выглядеть так, будто я смалодушничала или струсила. Но впервые с того дня, как я взяла на себя ответственность за детей, я чувствовала, что я не одна. Конечно же, мне и до этого момента помогали, Ольга, ДанСан и многие другие.

Только с Павлом всё было по-другому. Несмотря на то, что я совсем его не знала, подсознательно я верила ему, как и моя детвора.

Ну, кроме Матвея.

Мужской разговор Павда и Матвея затянулся, аж на две короткие сказки.

К концу первой сказки я начала нервничать, в голову полезли всякие мысли. Я вдруг зациклилась на словах Павла «Мне отец сказал». Какой отец? Кто его отец? И откуда он знает секреты нашей семьи?

Моя тревожность тут же проявилась в сбивчивом чтении и детвора всё сразу поняла. Вика не растерялась и предложила.