Книга Новогодняя замена, страница 35 – Аля Алая

К тому же я заметил, как он все время на мою Сашу смотрит. Едва ли не пол слюной своей заливает.

Тоже мне друг…Пусть племяши с ним разберутся.

Я старательно не обращаю внимания на то, как тихо бродят дети по дому и переговариваются. Саше чай новый сделал, пирогом яблочным кормлю.

Ее дружественное отношение мне ой как необходимо. Впереди еще одна ночь в ванной, где я даже не помещаюсь целиком. Надо что-то с этим сделать, иначе Новый год я встречу у мануального терапевта на столе.

— Положить тебе еще одну подушечку под спину? – широко улыбаюсь ей.

— Спасибо, - Саша пережевывает вкусный пирог, отпивает чай и очень подозрительно смотрит на меня.

Передаю ей подушку и подсаживаюсь ближе. Наши колени касаются друг друга, дыхание постепенно синхронизируется. Мммм, вкусные у нее губы сейчас должно быть. С привкусом яблочного конфитюра и брусничного чая.

В уголке губ застыла капелька варенья, которую хочется слизать языком.

— Что? – Саша застывает, стоит мне податься к ней ближе.

— Все хорошо, - касаюсь большим пальцем ее губ, стирая каплю, - ты выпачкалась.

Челюсть сводит, как хочу ее поцеловать.

Мы же "жених и невеста", нам положено.

Облизываю палец, глядя ей в глаза. Саша краснеет.

Так мило, так сексуально.

И платье ее облегающее с красными гольфами до колена верх какого-то извращенного эротизма для меня добавляет. Невинная сладкая грешница.

Твою мать, Саша Колокольчик, что ты со мной делаешь?

— Поцелуй, - доносится рядом с нами детским тонким голоском, - традиционный.

— Какой традиционный поцелуй? – Саша вцепилась в свою тарелку с пирогом и посмотрела на застывшую рядом с нами троицу. Из воздуха материализовались, пока я увлекся развратными мыслями.

Меня сразу насторожило, что настроение у детей сменилось. Оно из хищнического и настороженного превратилось в праздничное что ли? Улыбаются, на Сашу смотрят, как на Конфету прямо. Точно, один и тот же взгляд обожающий.

Она им что? Резко направилась?

Я не против, но с чего вдруг?

Тут точно есть подвох.

Только где?

— Омела, - Иришка подняла свой маленький пальчик вверх, где непонятно каким образом появилась веточка того самого растения. Ниточка от нее тянулась к деревянной балке на потолке.

— Поцелуй под омелой дарит вечную любовь, - важно сообщает Иван. Он у них отвечает за информационную поддержку, - эта традиция уходит своими корнями во времена викингов и является очень древней.

— Вечную? – глаза Саши с испугом округляются. Она осторожно отодвигается от меня.

Боже, ну и смешная.

— Навсегда-навсегда! – в голосе Ильюши звучит торжественность.

— Это не наша традиция, - моя невестушка откусывает большой кусок пирога и начинает смачно жевать. Вид независимый, упрямый.

Ровно пока Иришка не начинает хлюпать носом.

Ууу.. против этого приема без шансов. У меня еще ни разу не получилось отказать милому ангелочку с печальными глазками. Сейчас еще будут две огромных слезы – бусинки на щеках, а там и полноценная печаль – обида.

— Нехорошо детей обижать, - давит Илья, приобнимая сестру за плечи, - Иришка так старалась, хотела порадовать, а вы…. – И у самого глаза как у кота из Шрека.

Мощно... Тебе конец, Колокольчик.

— Давайте не будем плакать, поцелуй и поцелуй, мы же жених и невеста, так? - Саша сдалась, не выдержала, засуетилась. Тарелку с пирогом поставила на кофейный столик. Глянула на продолжающих мирно сопеть бабулю и Диму, повернулась ко мне. Ладонь нерешительно опустилась на мою майку, скользнула вверх.