Книга Сделка, страница 212 – Лейла Фэй

Роза тянется к ребенку, поэтому я тяну за пуповину, которая все еще пульсирует, – синяя и толстая от крови. Когда выходит достаточно, я осторожно передаю крошечную девочку в ожидающие руки Розы.

Я приношу свою соломенную лежанку для больных и устраиваю ее рядом с Майей. Ей еще нужно родить послед, и это может занять несколько часов. Хотя, как только ребенок приложится к груди, все должно пойти быстро. Кормление ускоряет дело.

Я помогаю Майе лечь на спину. Вода над огнем уже теплая, и я беру немного, чтобы обмыть ее. Роза воркует над ребенком, поднося его к Майе, которая неуклюже снимает верхнюю часть платья, обнажая грудь, увеличившуюся от беременности. Как только девочка оказывается у нее на животе, она перестает плакать, и Майя смеется сквозь слезы.

Затем она кашляет.

Мое тело каменеет от ужаса. Но когда я смотрю на мать и дитя, все, кажется, в порядке. Майя говорит теплые, ласковые слова малышке, и ребенок двигает головкой, уже чувствуя запах материнского молока.

Я мою руки и становлюсь на колени, чтобы помочь девочке приложиться к груди. Когда дело сделано, я, дрожа, поднимаюсь. Пора идти.

— Меня ждет Даробор. Мне нужно пойти посмотреть Сару, – говорю я Розе. – Оставайтесь, пока не выйдет послед. Я приду, как закончу, чтобы перерезать пуповину. Поздравляю, у вас красивая, здоровая девочка, настоящее благословение.

Роза кивает, и я упаковываю все, что может помочь при кровавой рвоте. Немного, но у меня есть травы, которые помогут успокоить желудок, быстрее заживить раны, восполнить потерю крови. Снова обещаю себе не задерживаться.

Как только я выхожу, Даробор хватает меня за плечо и тащит к своему дому. Его хватка крепкая, но я понимаю его спешку. Ему пришлось ждать снаружи, и хотя это было недолго, каждая минута, должно быть, тянулась для него вечность.

Мы шлепаем по лужам к его дому. Я слышу рвотные позывы, смешанные с испуганными всхлипами других детей Даробора, уже с порога. Когда я подхожу к постели Сары, она бледная и потная, кожа на губах потрескалась, глаза лихорадочные.

Если ее не перестанет выворачивать, я ничего не смогу сделать. Лекарство не подействует, если не будет оставаться в желудке.

Девочка умирает.

— Ложку, пожалуйста, – говорю я, потрясенная тем, как спокойно звучит мой голос, хотя внутри я кричу. – Это должно успокоить желудок, – поясняю я, вливая настой из дягиля и руты в открытый рот Сары.

Я смотрю на нее несколько мгновений и, когда ее сразу не вырывает, с облегчением вздыхаю. Это только первый шаг, но должно помочь. Я встаю и поворачиваюсь к матери Сары, которая выглядит бледной и испуганной, – ее зеленые глаза кажутся огромными на осунувшемся лице.

— Давайте по ложке теплой кипяченой воды каждую минуту. Ей нужно пить, но только маленькими глотками, чтобы вода оставалась в желудке. Примерно через полчаса дайте еще ложку лекарства и продолжайте поить водой. Я вернусь, как закончу с родами Майи.

— Спасибо. – Она сжимает мою руку. – Как Майя?

— Хорошо, – говорю я, выдавливая улыбку. – Родила красивую, здоровую девочку.

— Слава Мокоши.

Я бегу обратно к своему дому. Дождь, кажется, усиливается. Внезапно молния разрезает небо почти надо мной, и сразу же гремит гром, заставив меня вздрогнуть от страха. Я ускоряюсь. Сквозь скрывающую все пелену дождя я вижу Розу, ждущую в открытой двери моего дома.