Книга Сделка, страница 200 – Лейла Фэй

— Метка на моем подбородке, – рычу я.

Еще один вздох. Воланд молча сжимает челюсти, глядя на меня с жалостью и сожалением. Наконец он почти извиняющимся тоном говорит:

— Я скажу тебе, только не сейчас. Ты же не уточняла, когда я должен это сделать.

Белое пламя ярости душит меня изнутри.

— А какое оправдание для этого? – злобно шиплю я, невольно сжимая пальцы от желания воткнуть их Воланду в глаза.

— Я хотел, чтобы ты отсосала мне, потому что ты единственный человек, который мне сейчас нравится, – говорит он с кривой усмешкой и все еще крепко держит меня. – Тебе следовало бы знать: не стоит заключать сделки с дьяволом, девочка-мак.

Я пытаюсь вырваться из хватки, яростно борюсь, но у Воланда хватает наглости крепко обнимать меня. Он даже не прилагает никаких усилий, пока я толкаю и царапаю его, использую локти, пытаюсь найти угол, чтобы укусить. Эта ярость обвивается вокруг позвоночника и взрывается в голове, превращая мысли в злое жужжание.

И все же Воланд держит меня.

— Я искуплю вину, Яга, подожди, просто остановись на мгновение и…

Что я слышу? Остановиться? Я только начала! Моя змора шевелится в груди, и я выталкиваю ее наружу, широко открывая двери для всей своей ярости и ненависти. Она вырывается в жизнь – великолепное создание с когтями и огненно-рыжими волосами.

— Что… – только и успевает сказать Воланд, когда змора набрасывается на него и ее когти полосуют его лицо.

— Да, – задыхаюсь я, чувствуя все, что чувствует она: кожа щеки Воланда разрывается под когтями, хлещет горячая кровь. – Вырви ему глаз.

Но у нее больше нет шанса изувечить его. Воланд с ревом встает, и я соскальзываю с его колен. Он набрасывается на мою змору, прижимает ее к земле. Она борется, плюясь и шипя, но Воланд прижимает ее ноги своими, его руки сковывают ее запястья.

— Что это у нас тут? – спрашивает он.

Кожа на щеке срастается.

Змора пытается освободиться, но я чувствую ее беспомощность. Он намного сильнее. Намного могущественнее. В груди поднимается тошнотворная, болезненная паника: если Воланд убьет ее… Если что-то с ней сделает…

Мне не следовало выпускать ее, но, конечно, я не могла себя контролировать. Если мы переживем это – змора и я, – мне придется научиться не устраивать истерик. Но если я потеряю ее, это будет конец. Она – то, что заставляет меня двигаться дальше.

— Воланд, пожалуйста, – говорю я.

Он смотрит на меня неожиданно сияющими глазами.

— Иди сюда, Яга.

Нет времени для споров или сопротивления. Я сразу следую команде, падая на колени рядом с Воландом. Я смотрю на свою змору, и мое сердце наполняется болью и ужасом сильнее, чем когда-либо. Не думаю, что была так напугана, даже когда умирала, ведь солнце и раны сделали меня нечувствительной.

— Прости, – выдавливаю я, глядя в ее глаза, полные беспомощной ярости.

— Не нужно извиняться, – говорит Воланд с тихим смехом, прижимая змору сильнее, когда она снова пытается вырваться. – Она прекрасна. Такая же, как ты.

Он бросает мне порочную ухмылку и в следующее мгновение целует змору – даже когда она кусает его с рычанием. Я чувствую все: ее ярость, ненависть и похоть – такие сильные, что ощущения проносятся сквозь меня, как ураган. Я задыхаюсь, вцепляюсь в траву, чтобы удержаться, пока Воланд целует шею моей зморы. Она долго и громко скулит, вкус его крови во рту заставляет ее парить.