Книга Сделка, страница 174 – Лейла Фэй

Сделка кажется слишком выгодной для меня – дает то, в чем, как Воланд знает, я отчаянно нуждаюсь. Но что он получает от этого? То, что бесчисленные женщины – смертные или нет, – несомненно, могут сделать с куда бо́льшим мастерством, чем я.

Это ловушка. И я все еще хочу это сделать.

Воланд наклоняется и целует мой подбородок прямо под нижней губой. Поцелуй такой целомудренный, что я моргаю в замешательстве.

— Подумай об этом.

Он исчезает в тенях, оставляя меня потрясенной и взволнованной, как всегда. Интересно, куда Воланд ушел? Что будет делать сейчас? Как, где, с кем проведет свое время? Я знаю, что не должна думать о нем – потому что эти мысли только заставят меня чувствовать себя плохо, – но не могу остановиться.

По его собственному признанию, у Воланда ненасытные аппетиты и, наверное, бесчисленные любовницы. Он хочет того, чего я не могу дать. Бесполезно ревновать.

И все же я не могу с этим справиться, как и со своим желанием Воланда. Это такая тонкая грань, по которой я иду: держать его на расстоянии, чтобы он возвращался, и в то же время подпускать достаточно близко, чтобы утолить свою тягу.

Скоро, совсем скоро я провалюсь. Но не уверена, пугает это меня или волнует.

Родовая душа Магды издает одинокую трель. Я поднимаю взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как Род материализуется у двери.

— Здравствуй, – приветствую я его, намного более собранная, чем прошлой ночью.

— Добрый вечер, знахарка.

Род смотрит на меня мгновение, не приближаясь к Магде. Я сглатываю. Вчера он не ответил на мой вопрос, но я снова хочу о чем-нибудь спросить.

— Могу ли я попросить у тебя совета, о могущественный?

Я не уверена, как правильно обращаться к Роду, но это, кажется, работает. Уголки его серьезного рта чуть приподнимаются.

— Спрашивай.

— Как лучше всего избавиться от полудницы?

Он мягко фыркает и качает головой.

— Мне не следует действовать против моего господина.

— Твоего господина?

Мои глаза округляются. Думаю, он имеет в виду Воланда, и все же тот сказал мне, что Род служит Перуну, – потому что у него нет другого выбора.

Прежде чем я успеваю спросить об этом, он добавляет:

— Но ты спросила меня уважительно, и я в хорошем настроении. Мне очень редко выпадает случай поговорить с такой живой женщиной.

Я несколько раз моргаю, ошеломленная комплиментом.

— Э-э, спасибо, могущественный.

Род кивает с улыбкой:

— Полудница черпает силу от Дажьбога. Попроси Хорса помочь тебе. Он – противоположная Дажьбогу сила.

Я тупо киваю и благодарю его, гадая, как должна просить бога луны о помощи. Услышит ли он вообще оттуда, сверху? Но Род уже стоит возле Магды, его улыбка исчезла. Бог выманивает родовую душу наружу, и я сразу замечаю, что она такая же бледная и большеглазая, как и душа Яцека. В свете того, что́ рассказал мне Воланд, это имеет смысл. Поскольку у всех родовых душ одна цель, неудивительно, что и выглядят они одинаково.

— Прощай, Яга, – говорит Род, исчезая вместе с жуткой маленькой птицей, послушно сидящей на его пальце.

Когда несколько минут спустя я выхожу наружу, то невольно благодарю всех богов, что месячные у меня прошли. Я провела в постели достаточно времени, чтобы хоть как-то отдохнуть после всех бессонных ночей.

Я уже знаю, что этой ночью мне не будет покоя.