Книга Мой муж отец чужого ребёнка, страница 101 – Катерина Воронова

— Анна Сергеевна Крылова? Вас беспокоит контрольно-ревизионное управление департамента градостроительства. Мы проводим плановую аудиторскую проверку объектов покойного Дмитрия Владимировича Крылова. Принято решение о полной передаче полномочий генерального подрядчика набережной вашей семье. Завтра ждем вас для подписания акта приемки объекта.

Я замерла, слушая ровные гудки отбоя.

Круг замкнулся. Мост, проданный за мою сломанную молодость двадцать лет назад, вернулся моим детям законным памятником нашей победы.

Трубка дрожала у уха, транслируя ровные механические гудки отбоя.

Сергей перехватил аппарат из моих занемевших пальцев, нажал красную кнопку, мягко усадил меня обратно на стул:

— Аня, дыши. Положи ладони на колени. Что сказал чиновник?

— Набережная, — выдохнула я, ощущая ледяной холод в груди. — Город передает генеральный подряд фирме Дмитрия. Егору. Завтра утром ждут подписания документов.

Егор вскочил со стула, едва не опрокинув кружку:

— Мне? Мам, мне шестнадцать лет! У меня аттестата школьного еще нет! Какой подряд на набережную?

— Фирма оформлена на управляющую компанию до твоего совершеннолетия, — Сергей нахмурился, светлые брови сошлись к переносице, пальцы сжались в кулак на клеенке стола. — Вадим Сомов предупреждал: городская администрация связана сроками сдачи объекта губернатору. Если стройка встанет на три недели — мэрия получит штраф из федерального бюджета на сотни миллионов. Им нужен живой подписант, обладающий правом на бренд «Монолит-Строя».

Артём встал рядом с братом, засунув руки в карманы спортивных штанов:

— Егор, на объекте бетонщики бастуют. Я вчера слышал в порту: работяги сидят на плитах у кранов, зарплату за два месяца требуют. Если мы завтра не привезем расчетные ведомости — арматуру растащат окрестные сборщики металла.

Полина робко подошла ко мне, прижалась щекой к плечу:

— Мамочка, мы опять пойдем по судам?

— Никаких судов, милая, — я погладила дочь по голове, заставляя себя говорить ровно, жестко, собирая волю в кулак. — Завтра в восемь утра едем в управление с Вадимом. Егор, собери уставные документы из папки в прихожей.

Сергей посмотрел на меня в упор своими серо-голубыми глазами. В его взгляде вспыхнула решимость взрослого мужчины, привыкшего брать ответственность за строй:

— Я поеду с вами. На стройплощадке нужен человек, знающий рабочий язык. Мой армейский взвод возводил мостовые переходы через горные реки. Разберемся с бетонщиками.

Утро встретило нас белым колючим туманом, стелющимся над свинцовой гладью реки.

Строительная площадка центральной набережной напоминала развороченный муравейник. Два башенных крана застыли над бетонными ступенями парапета с поднятыми стрелами. У строительных вагончиков толпились около сорока рослых мужчин в засаленных брезентовых куртках и вязаных шапках. Воздух звенел отборным матом и едким запахом дешевой махорки.

Вадим Сомов заглушил мотор своего седана у шлагбаума, вышел навстречу нам, поправляя воротник кашемирового пальто:

— Анна Сергеевна, ситуация острая. Заместитель главы города сидит в штабном вагончике, трясется за кресло. Чиновники готовы подписать акт передачи полномочий прямо сейчас, но прорабы требуют стопроцентной выплаты зарплатного фонда наличными до полудня.