Книга Ты (не) в моём коде, страница 45 – Таисья Тишь

— Мы весь вечер вместе провели, — сказал Женя ровным тоном, но тем, что не терпит пререканий. — Ты сама могла бы позвонить или написать раньше.

Говорил он это Лене, но смотрел на приоткрытую дверь соседней с моей комнаты. Я не стала разбираться в этом взгляде. Хотелось просто прибить Лену за её адову заботу. Весь вечер, весь день словно испарились, оставив наедине с неприятными напоминаниями о когда-то случившемся.

— Спокойной ночи, — попрощалась я и ушла к себе.

Лена проводила её взглядом. Сначала Таю, потом — жакет.

Почему-то она долго смотрела на меня. Я решил подождать. Ты же хочешь мне что-то сказать, да?

— Ты ей не пара, — весомо бросила Лена, и её слова упали, попав в цель.

— Почему же?

— У неё и так было много говна. С неё достаточно, просто, поверь на слово. — Она чуть помолчала. — Выглядит грозно, но её надо по-настоящему любить. А не раз в месяц вспоминать.

Сказано было со знанием дела. Видимо, Лёша просветил. Я хмыкнул. Ну да. Конечно. Куда мне.

Я молча развернулся и ушёл на кухню. Дверь громыхнула с каким-то надрывным звуком, словно испугавшись, что слетит с петель. Я обрушился на диван, ударил затылком подушку, как будто это могло вышибить лишние мысли.

Заснуть не получилось. Ленины слова крутились, как заевшая пластинка. «... не пара». «... по-настоящему любить». «... не раз в месяц вспоминать».

Тупо лежал и смотрел в потолок, а потолок в меня. Зелёный абажур отбрасывал мутное пятно на стену. Тот самый абажур, про который я ляпнул «наш». Идиот.

Ладно. Хватит.

Она мне нравится. Вот так, без купюр. Нравится, как она думает, как говорит, как молчит, как держит чашку двумя руками, как строчит в телефон с таким лицом, будто мир вокруг перестал существовать. Как срезает слабого кандидата одним вопросом. Как стоит у плиты в своём идиотском фартуке с кактусом. Как пахнут её волосы, когда она наклоняется к экрану. Как подхватила меня под локоть и потащила в ТЦ, будто это самое естественное, что можно сделать.

Нравится. Всё. Пора бы уже себе признаться.

И что дальше? Что я могу ей предложить? Раскладушку напротив? Проект, который дышит на ладан? Долг, который жрёт всё, что я зарабатываю? Мать, которой нужна операция, и которая...

Я сжал зубы. Процент успеха. Врачи не говорят «безнадёжно», они говорят «будем пробовать». Но я видел их глаза, когда они это говорили.

Если быть честным до самого дна, куда не хочется смотреть: это отсрочка. Не решение.

Серое небо за окном показалось свинцовым. Вдалеке крикнула сорока, и я вспомнил наш дом в деревне. Наверное, нельзя было говорить маме, что сказал тогда. Она знала, что это отсрочка, лучше других. Может, и я бы не поехал в город на её месте. Рома остался там. И пусть брат раздолбай и непутёвый, он там. С мамой. А я здесь.

Пытаюсь выторговать у судьбы лотерейный билет на джекпот размером в жизнь.

А Тая — это будущее. Если оно вообще возможно.

Я сел на кровати, упёрся локтями в колени. Голова гудела.

Мне нужна квартира. Не эта кухня, а своё место. И деньги, не на выживание, а на жизнь. Проект надо вытащить. Артём завтра. Егор, если выгорит интеграция с маркетплейсом, это совсем другой масштаб. Довести до релиза, не развалить команду, закрыть долг, найти квартиру.

Раньше у этого списка была одна причина: мама. Теперь к ней добавилось кое-что ещё. И от этого ставки стали не просто высокими, а запредельными. Сейчас «теперь» — это конкретный человек с каштановым хвостом и карандашом в волосах, который пишет книги на ходу и не даёт мне взять простофилю.