Книга Ты (не) в моём коде, страница 12 – Таисья Тишь

Я никогда не видела, чтобы Лёша так смотрел на меня. Ни разу. Даже когда я говорила что-то смешное или умное, даже если он хвалил котлеты и говорил «спасибо, Тай», это был взгляд на хорошего, удобного человека рядом. А на Лену он смотрел как на свою.

Вот разница. И вся она лишь в одном повороте головы.

Я задержала взгляд дольше, чем нужно.

На следующем фото я тоже была, с краю, и смотрела на него.

На всех фото? Пролистала. Мало где я была, но, боже, твою мать, да! Поймала себя на фейспалме, стыдно и глупо.

Стала листать заново, медленно, как мазохист на выезде.

Разговор тогда был про Кандинского.

Лена что-то говорила про цвет как язык, абстракцию и что «не нужно понимать, нужно чувствовать».

Лёша спокойно кивал без лишних движений, иногда добавлял пару слов. У них это получалось, подхватывать друг друга, не перетягивая.

Я тогда молчала не потому, что не хотела поддерживать разговор. Просто не знала, что сказать. Проще промолчать — за умную сойдёшь.

И в какой-то момент Лена повернулась ко мне:

— Тай, ты же не читала это?

Я покачала головой, сестра тогда на секунду зависла. Мне даже показалось, что она пожалела о своём вопросе. И тут же, как будто спохватившись:

— Даже если Тая этого не читала, она всё равно очень глубокий человек.

Она не хотела уколоть. И правда, так считает, я это знаю. Но Лена — это Лена.

Что тут скажешь? Оставалось просто кивнуть. Остальные промолчали, как будто всё нормально.

Взгляд снова упал на экран.

Фото сменилось.

На нём я смеюсь, сбоку, стоя с кем-то из ребят. То ли Гриша, то ли Саша, уже не помню…

И всё равно украдкой смотрю в Лёшину сторону.

Захотелось прикрыть глаза, но от этого образ стал только чётче. «Даже если». Как будто это что-то, что нужно компенсировать.

Я резко захлопнула крышку ноутбука. Тишина в комнате стала плотнее.

Постояла, потом села на край кровати. Вот поэтому я и перестала с ними ездить.

Сначала раз, потом второй, а затем уже стало проще не объяснять.

Они не замечали или делали вид, что не замечают.

Взгляд скользнул на дверь. С кухни доносился голос лысого, ровный, спокойный, без нажима.

— Нет, давай так не будем делать… да, я понимаю, но это не решит проблему…

Я усмехнулась.

С ним хотя бы не нужно притворяться, что понимаешь всё. Мысль была неожиданной и неудобной.

Так. Надо бы заняться чем-то полезным.

Если Оля с Сашкой не могут выползти сегодня, съезжу к папе. Садиться за книгу настроения не было, от слова совсем.

Я вернулся в созвон, но слушал уже вполуха.

— Да, смотри, проверь распределение подов и лимиты… да, не код у тебя падает…

Краем глаза видел её. Стоит у стола, руки в муке, тесто сжимает, как будто оно виновато. Сказала и сразу вернулась к готовке.

А ведь попала просто в точку.

Я видел таких. И обычно они не стоят на кухне в муке.

И уж тем более с такой фигурой не надевают такие фартуки.

Хотя куда это меня понесло?

Я поймал себя на том, что снова смотрю, и сразу вернулся в экран.

— Да, давай так. Проверь и отпишись.

Она тем временем уже вытирала руки. Постояла секунду, будто решая что-то про себя, потом сняла фартук, повесила его на спинку стула и вышла без слов.

Я проводил её взглядом и снова уткнулся в ноутбук.

Когда я закончил очередной созвон, на кухне её не было. И в квартире стало как-то пусто.