Книга Нарушая правила, страница 25 – Юлия Устинова

Подмигнув ей, я криво улыбаюсь. Дина отводит глаза и рассеянно улыбается, но не мне, а своему спутнику. Длинный парень с безвкусной прической провожает девушку до столика, затем делает заказ у бармена и уходит в сторону туалетов. И я не могу этим не воспользоваться.

— Что это за чел тебя сегодня сопровождает? — спрашиваю Дину, усевшись рядом.

— Не твое дело, — девушка отвечает в своей привычной любезной манере.

— Блин, я просто хотел узнать, как называется его стрижка. Бокс или полубокс. Ты не в курсе, у какого барбера он стрижется? — дурачусь я, не обращая внимания на ее холодный тон.

— Нет. Сейчас он подойдет и сам спросишь.

— Спорим, он притащил тебя наверх, чтобы произвести впечатление.

Дина пожимает плечами.

— Ну и что? Нормальные парни так и делают.

— Так делают любители дешевых понтов, — возражаю я.

— Как любителю дешевых понтов тебе явно виднее, — подкалывает меня Арсеньева.

— Злюка, давай, пока твой приятель отливает, я закажу тебе что-нибудь для настроения? — предлагаю Дине.

На что получаю ехидную улыбочку.

— Тим, у меня прекрасное настроение. Я же сказала, что не пью. Допинг — это по твоей части.

С ней сложно спорить.

— Ага, — несколько раз киваю. — Я просто воплощение разврата. — Наклоняюсь ближе и понижаю голос до полушепота: — Хочешь узнать, что еще входит в мой чек-лист на эту ночь?

Отпрянув от меня, как от зачумленного, Дина мотает головой.

— Нет.

— Ну еще бы. А если честно? — я вздергиваю бровь.

— Нет, — отрезает девчонка.

Улыбаясь, я опять тянусь к ней и наматываю на палец блестящую каштановую прядь.

— Девушка-нет, у тебя такие мягкие волосы.

Дина хватает меня за руку, пытаясь вызволить свой локон.

— Чемезов, что мне сделать, чтобы ты оставил меня в покое?

— Перестань меня отшивать, — я перехватываю ее запястье и слегка поглаживаю большим пальцем.

Через мгновение Дина дергает рукой.

— Я не могу перестать. Ты у меня вот уже где, — она проводит ребром ладони по шее. — Хватит меня доставать.

— Я не могу перестать. Ты у меня вот уже где, — передразниваю ее, стуча кулаком себя по груди в области сердца. Дина недоверчиво косится на меня. Знаете, “недоверчиво” — это ее второе имя. Но я буду биться в эти запертые двери столько, сколько потребуется, пока меня не впустят. — Дин, давай уйдем отсюда? — предлагаю ей, решив зайти с другой стороны.

— Как это уйдем? — находясь в ступоре, девушка даже не моргает.

— Вот так, — мои пальцы шагают по столу, — ты своими красивыми ножками, а я своими. Я сейчас серьезно. Просто свалим отсюда, возьмем такси, погуляем по набережной. Тут так тошно.

— У тебя что-то случилось? — тихо, но участливо спрашивает Дина. — Поэтому ты тут один сидишь, да?

Я опускаю взгляд и пожимаю плечами.

— Да так… — болезненно морщусь. И вся моя бравада рассыпается как карточный домик. — Отец… — вылетает у меня.

— Что? Умер? — ахает девушка.

— Ну… — я прикусываю нижнюю губу и зачем-то киваю.

— Господи. Извини, я не знала, — сочувственно вздыхает Дина. Ее глаза вдруг становятся такими глубокими и теплыми. Мое сердце пропускает удар, а по спине бежит противный холодок. Что я, мать его, творю? — У меня мама умерла, — грустно добавляет девушка, — давно правда, но я понимаю, что чувствуешь, когда теряешь самых близких. Тут никакие слова не помогут.