Онлайн книга «Четвёртая»
|
Моя семья владела двумя островами — большим и поменьше. На маленьком стоял наш дом. Маг рассказывал, и Сольге казалось, что она видит далёкий Мир-Махем его глазами: юркие лодки, снующие по бирюзовым волнам между островами, лёгкие, ажурные мосты, соединяющие берега, такие прочные, что даже самые сильные шторма не способны справиться с ними, флаги, танцующие на крыше королевского замка, занимающего целый остров. Слышала шорох волн, плеск воды, потревоженной вёслами, крики чаек, смех и песни. Прекрасный Мир-Махем, волшебный Мир-Махем! Никогда раньше Сольге не слышала и даже не читала о нём. Может быть, что Шо-Рэй придумал его. Нет, в это она верить не хотела. Разве можно настолько любить что-то несуществующее, придуманное? Даже если можно… Как бы Сольге хотела там побывать! В чудесном королевстве, на которое редко обращали внимание Небесные Сёстры. Только Альез посещала своего единственного посвящённого. Сложно заметить отсутствие одного человека с соседнего острова, пусть даже и короля. А воины… Погодите-ка… — А воины, Шо-Рэй? — У нас их нет, Сольге. Тех, что были когда-то, унесла большая волна. А сейчас… Нападать на нас некому, защищаться не от кого. Зачем они нужны? — А маги? — Маги… — Шо-Рэй вздохнул. — Предок моего отца, один из Ста, был, говорили, корабельным магом. Правда, несколько поколений спустя, наша семья лишилась дара Викейру. Остались только напоминания из книг и дневников. Потом мой прапрапрадед женился на дочери Строителя мостов, завоевал доверие тестя… Знаешь, Сольге, мой дед строил лучшие мосты во всем Мир-Махеме. Мой отец унаследовал его звание Мастера-творца. А потом появился я… Сестры умеют шутить — я родился в красном свете Альез. Мои родители увидели в этом добрый знак — родившиеся в Королевские дни, так называли в Мир-Махеме Время Альез, считались баловнями удачи. — А если бы это было время Викейру? — прищурилась Сольге. — Тоже, — как-то по-мальчишески рассмеялся Шо-Рэй. — У нас вообще хороших примет гораздо больше, чем плохих. М-да… Он задумался. — Так вот, мне прочили судьбу нового Мастера-творца. Скажу тебе, игрушечные мосты получались у меня очень даже неплохо. Но в восемь лет, обидевшись на отца, который не взял меня с собой на соседний остров, я опрокинул его лодку, просто махнув рукой. С берега. Сначала ликующему — как же, вернулся утраченный семейный дар — отцу никто не поверил. Говорили, мол, сам он не удержался, вот и перевернулся. Но ещё через какое-то время один из моих учителей нашёл все свои вещи завязанными узлами, а однажды рыба на сковороде у кухарки оказалась живой, как только что выловленной. И опять всё это списали на мои проказы и дурной характер. Только один единственный человек — моя мать — сразу поверила и старалась помочь мне обуздать мою магию. Она заметила, что все эти случаи происходили тогда, когда я был зол, расстроен или обижен. Тогда она стала учить меня терпению и пониманию. Получалось не очень хорошо, и первоначальные восторги отца и тех, кто поверил позже, сменялись раздражением и даже страхом. Сначала меня пытались отвлечь, занять чем-нибудь другим, чем угодно, лишь бы я забыл о магии. Позже, когда я стал старше, отец смирился и открыл мне ту часть библиотеки, где хранились книги и дневники тех, кто владел этой силой до меня. Но когда в руках моего младшего брата полыхнул игрушечный мост, который он взял без спроса, стало понятно, что сам я не справляюсь, и без наставника мне не обойтись… |