Онлайн книга «Одиночка»
|
А вдруг это не просто сородич? Вдруг это… вдруг это — моя мама? Или кто-то другой из уничтоженной УНЗД семьи Райтов? Блеклое солнце на секунду показывается сквозь темное пузатое облако, и в этот момент на меня резко пикирует сверху лаэра. — Он мой! — истерический визг закладывает уши. — Мой и только мой! Толчок — и атаковавший меня демон седлает мою спину и выворачивает крылья. Острая боль заполняет тело, и я испуганно кричу, пытаясь отбиться от неожиданной атаки. — Потаскушка Райт! — кричит лаэра, терзая мою спину острыми когтями. Если так пойдет дальше, она вырвет мне крылья! Вскрикнув от ужаса, я зажмуриваюсь и резко просыпаюсь. Открыв глаза, делаю глоток обычного воздуха, насыщенного кислородом, и ошарашенно оглядываюсь по сторонам. Сон. Это был всего лишь жуткий сон! Мне все приснилось! Я быстро восстанавливаю дыхание, осторожно, чтобы не потревожить любимого мужчину, выползаю из его объятий и на цыпочках крадусь в ванную. Сейчас быстренько умоюсь, попью водички, и все пройдет. Сон. Это только сон! Даже если на секунду предположить, что я действительно каким-то образом попала в мир демонов, а задавшая мне трепку лаэра — жена Курта, то остается непонятным, как Элизабет Дамир могла узнать о том, что ее муж ей изменил. К тому же со мной! Сон, Яблокова. Это был просто сон! Под стук перепуганного сердца я подхватываю со стула оставленную лаэрдом рубашку и по-хозяйски натягиваю на свое голое тело. В доме всего две ванные — на каждом из этажей. Можно, конечно, спуститься вниз и не рисковать, но разгуливать голышом по дому в одной только рубашке Курта — чревато осложнениями. И что с того, что все спят? Я же самая великая удачница в мире. И, значит, шанс нарваться на проснувшихся охранников или Микаэля высок, как никогда. Хотя чего это я переживаю? Курт явно дал понять, что хочет серьезных отношений. — Любимая… — Курт сердито ворочается, притягивает мою подушку к своей груди и крепко обнимает руками, закидывает ногу. — Любимая… Смотря в невероятно довольное лицо лаэрда, не могу сдержать улыбку. Меня так и тянет запрыгнуть на кровать и бесцеремонно растолкать этого сильного мужчину, чтобы он меня утешил и прогнал все дурные мысли, оставшиеся после кошмара, но я стою на месте и любуюсь им, словно дорогим произведением искусства. Какой же он красивый, когда спит, когда его волосы торчат в разные стороны, а на губах блуждает счастливая улыбка. Интересно, что ему снится? — Бет… — неразборчиво шепчет лаэрд, еще сильнее прижимая подушку к груди. Я замираю. Улыбка медленно покидает мое лицо, а тело словно каменеет. Брось, Яблокова! Тебе просто послышалось! Этот дурацкий сон, непонятная лаэра… Нет, тебе точно послышалось. Ты только что сама о ней думала, поэтому и проинтерпретировала… — Бет… — шепчет Курт, и в его голосе столько нежности и страсти, что я непроизвольно зажимаю ладонями себе рот, чтобы удержать рвущийся наружу всхлип. — Бет, любимая… Я закрываю глаза и беззвучно плачу. Как? Как я могла быть такой наивной? Он же никогда не скрывал, что любит ее. Любит все эти пять лет и даже те полгода, которые мечтал обо мне. Нет, этого не может быть! Он был так искренен на кухне, когда признавался в своих чувствах. Был искренен… Но, может, он и не обманывал. Может, он просто любил не меня? |