Книга Не драконьте лекарку, страница 92 – Маргарита Блинова

Он неосознанно говорил мы, имея в виду персонал, который должен был помогать ему осуществлять реанимационные меры, но правда заключалась в том, что этого персонала у нас не было. Не было оборудования, к которому можно было подключить деда Гришу, чтобы поддержать сердце старика. Не было дежурного хирурга, который мог бы сделать срочную операцию. У нас не было ничего. Только два лекаря, которые разрывались между пациентами, ветерок да трясущийся от ужаса Сомов.

Тоже мне спасатели жизней!

— Значит, вы его не спасли, — скорбно подытожила пожилая дама, помолчала несколько сокрушительно-долгих секунд и протянула сумку, набитую пирожками и другой едой. — Передайте пирог с вишней господину Гранту, а все остальное раздайте другим. Пусть помянут моего старика добрым словом.

Она всхлипнула, быстрым, каким-то смущающимся жестом стерла выступившие слезы и ушла из больницы, придавленная горем и утратой. Мы с Абелем переглянулись и тоже разошлись, он — домой восстанавливаться, а я — на пост медсестры разбирать карты и думать, думать, думать… Пока не подошел Норд.

— Все в порядке, — изобразила я бодрость и трудовой экстаз, который не испытывала.

— Иди домой, — рыкнул канис, мягко, но напористо толкая меня в бок. — Такая здесь никому не поможешь.

Я удивленно моргнула, не совсем понимая смысл слова «такая», но послушно кивнула. Просто сил на споры уже не было.

Собралась, устало махнула теть Муре, и Ирме, позвала Язвентия и, намеренно проигнорировав палату с драконом, покинула здание больницы.

Глядя себе исключительно под ноги, отошла подальше и свернула на главную улицу заснеженного Нортмонда в противоположную от так называемого дома сторону.

Внутренний голос подсказывал, что возвращаться в общежитие не следует. Корсак был не из тех, чей энтузиазм может загасить полет в сугроб из окошка. Нет, зная друга, он тайком пробрался в мою комнату или даже очаровал комендантшу, скормив ей байку про далекого родственника, возможно, даже брата, чтобы та не поняла причин его появления в Нортмонде. В общем, девять из десяти, что он ждет, когда вся такая усталая я приползу в общежитие, где он сперва сделает «хвать», а после унесет меня от этого сурового края холода и снега далеко и гарантированно.

Но если в общежитие соваться не стоит, то куда тогда идти?

— Дитя? — удивленно произнес кто-то.

Я подняла голову и удивилась не меньше. Предоставленное самому себе тело, прошло всю главную улицу, пересекло небольшую площадь и оказалось в месте, которое в обычные дни я бы предпочла обойти стороной. Я оказалась возле ворот храма, где стоял и удивленно глазел на меня мужчина в коричневой рясе. И ладно бы это был просто какой-то рандомный храмовник. Так нет же. Это был тот самый отец Аларик, создатель незабываемых пасквилей о моем асоциальном, можно даже сказать, девиантном образе жизни и невероятных сексуальных предпочтений.

— Дитя, с тобой все в порядке? — дрогнувшим голосом уточнил мужчина из сто седьмой комнаты.

Не в силах ответить, я скользнула взглядом за его спину. Туда, где возвышалось здание храма, мазнула глазами по острому шпилю и посмотрела еще выше, в хмурое небо. Не знаю, как это выглядело со стороны, но храмовник внезапно оживился и подошел.

— Идем со мной, — предложил отец Аларик, беря меня под локоток и разворачивая к калитке. — Ты вся продрогла. Идем, послушницы испекли свежий хлеб и согрели воду для чая.