Книга Не драконьте лекарку, страница 85 – Маргарита Блинова

— Что. Здесь. Творится?! — прорычала я, легко перекрикивая общий гвалт.

Мужчины дружно повернули ко мне головы. Не менее дружно раскашлялись в тщетной надежде вызвать жалость или хотя бы мысль «нас нельзя убивать, мы хворенькие». Бойцы поспешили спрыгнуть на пол и притвориться взрослыми обстоятельными лесорубами, а не пятилетними мальчишками с шилом в одном месте.

— Никакого чая, — категорически заявила я, осматривая этих великовозрастных идиотов. — Вернули все, как было, и по кроватям. Элиот, иди к себе в палату.

— Альтерия, еще хотя бы пять минут, — взмолился дракон, но я была несговорчива, как скала перед усталым путником.

— Ты время на часах видел?

— Ну скучно же просто так лежать, — рискнул подать голос кто-то из пациентов.

— Во сне не скучно, — зыркнула я на него, после чего сделала парочку решительных шагов к сидящему на чужой кровати дракону и, схватив под локоток, потянула за собой.

Элиот с неохотой подчинился. На прощанье заговорщически подмигнул больным (да-да, я все видела, пусть не отнекивается) и покорно поплелся за мной в свою палату.

— Зря ты так, — сквозь одышку проворчал дракон. — Положительные эмоции помогают иммунитету бороться.

— С каких пор ты стал знатоком доказательной медицины? — усмехнулась я, распахивая дверь в предоставленную ему отдельную палату и замирая от нового шока.

Начнем с того, что Ирвин Сомов как-то слишком близко к сердцу воспринял свои должностные обязанности. Чем еще объяснить тот факт, что внук теть Муры приволок и поставил в уголке палаты раскладушку, а на складной столик рядом со спальным местом водрузил чайник, баночки с чаем, коробки с разнообразным печеньем, чтобы всегда быть наготове и выполнить любой каприз дракона. Венцом хозяйственности личного помощника по праву стала походная плитка с маленькой кастрюлей, стоявшая там же.

Но на этом преображения не закончились. Сомов поменял старенькие и, давайте честно, страшненькие шторы на окнах на дорогие и плотными. Казенное постельное белье тоже подверглось жесткой критике и было заменено на мягкий хлопок в брутальным сером оттенке. Судя по объему и пышности подушек с одеялом, их тоже принесли из дома дракона.

— Вижу, вы неплохо тут устроились, — пробормотала я, разглядывая изменения.

— Люблю комфорт, — пожал могучими плечами Элиот и самостоятельно забрался в кровать.

Во мне же взыграло любопытство, которое приметило с противоположной стороны от кровати мольберт и картину. С этого ракурса было не видно, что же там изображено, поэтому я обошла кровать с драконом и поразилась повторно.

— Что это? — покосилась я на Элиота, ткнув в полотно, где было изображено голубое небо с пестрой стайкой облаков самых причудливых форм, а поверх красным маркером шла крупная жирная надпись:

«Альтерия Браун не виновата.

Я умер от болезни».

— Подстраховка, — безразлично ответил Элиот, накидывая на ноги одеяло и откидываясь спиной на подушку. — Хочу, чтобы это было последним, что увидят драконы смерти моими глазами.

Я мысленно кивнула. Отрадно видеть принцип «готовься к худшему и тогда будешь рад любому результату» в действии. Да еще от кого! От непробиваемого Элиота Ли Гранта. Сказал бы кто раньше, не поверила.

— Думаешь, они могут прилететь в Нортмонд?

— Они прилетят в любом случае, — отрешенно глядя на мольберт, вздохнул Элиот. — Я одичавший дракон в блокираторах, который даже после смерти человеческой части может наворотить кучу дел. Или ты забыла?