Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 76 – Джози Силвер

— Мелоди! – Закрыв газету, она поднимает глаза и, сняв очки, быстро моргает. – Ты пришла сказать, что бабушка опять смотрит этот дурацкий сериал?

— Э-э… она смотрит, но я пришла не поэтому, – отвечаю, осматривая полку за стойкой. – Где у тебя тонкие резиновые перчатки? Которые всегда лежали под раковиной?

— Под стойкой, с левой стороны, – доносится издалека голос Гленды.

Секунду или две спустя она высовывает голову из маленького кабинетика в глубине помещения.

Я достаю одну-единственную перчатку и рычу от разочарования при виде пустой коробки.

— Запишу, что надо пополнить запас, – говорит Гленда. – Мне нравится держать их под рукой. Никогда не знаешь, что придется делать на работе.

Она выразительно смотрит на маму, явно на что-то намекая.

— Несколько дней назад бабушка попросила Гленду оказать ей любезность и убрать рвоту, – смущенно объясняет мне мама. – Дочь-подростка одной клиентки вырвало, когда бабушка сказала ей, что ее покойный дедушка видел, чем она занималась в школе за корпусом изобразительного искусства.

Гленда приподнимает брови:

— Дайси сказала, что она бы и сама прибрала, если бы не больные колени. Эта женщина занимается йогой дольше, чем я живу, и ее колени уж явно чувствуют себя лучше, чем мои.

Я прячу улыбку, и скоро Гленда исчезает в подсобке. Мама стучит длинным ногтем по газете:

— Вышла статья о доме, в котором ты работаешь. – Она водружает на нос очки и листает страницы, пока не находит нужную, складывает газету пополам и протягивает мне. – Можешь взять. Я прочитала.

С газеты на меня пялится самодовольная физиономия Флетча рядом с заголовком. Следовало ожидать. Сую газету под мышку и выхожу из бюро, уже зная, чем займусь, вернувшись к себе.

* * *

— Хочешь избежать наказания за убийство, охотница за привидениями?

Да ядрена же вошь! Из всех, с кем можно столкнуться на улице, держа газету под мышкой, я врезаюсь в того человека, чье лицо мечтаю разрисовать ярко-красным маркером. Он выразительно смотрит на латексную перчатку, которую я все еще глупо держу в руках, и поднимает глаза на меня.

— Да, твоего убийства! – рявкаю я, ладонью прикрывая глаза от солнца. – Скажи, ты решил всю жизнь за мной следить или просто мимо шел?

— Кто-то сегодня возомнил себя пупом земли. – Флетч показывает бумажный пакет – ага, купил сэндвичи в пафосной закусочной на нашей улице. – Обед.

— Не подавись морковкой, – бурчу я и замираю, мечтая провалиться сквозь землю.

К счастью, он не пользуется моментом, чтобы обернуть этот подкол против меня, но веселые искорки в зеленых глазах подсказывают, что мысль такая у него была. Вместо этого он кивает на газету у меня под мышкой:

— Страница пятнадцать. Тебе понравится.

Я упихиваю газету поглубже.

— Собиралась убрать собачьи какашки.

Ладно, признаю, дерьмовая шутка. Но так быстро не придумала ничего лучше. Не судите строго.

— У тебя даже нет собаки, – тихо смеется он.

— Несмотря на то что из кожи вон лезешь, ты знаешь обо мне не все, – фыркаю я.

— У тебя нет собаки, Мелоди, – повторяет он.

— Есть! Есть у меня собака.

Черт! Кто-нибудь, пожалуйста, заклейте мне рот. Я перестаю соображать рядом с этим мужчиной с такими широкими, крепкими плечами.

— Я ухожу, – сообщаю я.

— Идешь выгуливать собаку?

Как же он меня бесит!